Ещё почуяв его у порога, я кинулась туда и сразу бросилась ему на шею, обнимая, целуя его лицо, обхватив его талию ногами, чтобы прижиматься крепче.

— Никогда больше не отпущу тебя. Никогда, никогда, никогда, — шептала, покрывая поцелуями его нос, щёки, подбородок.

— Всё же хорошо, Рина, — гладил он меня успокаивающе по голове и целовал в ответ.

После сладкого и глубокого поцелуя в губы, я немного отстранилась, чтобы отдышаться и… почуяла запах крови…

Мои глаза скользнули туда, откуда он исходил, и брови поднялись в изумлении:

— А он что тут делает⁈

Медленно спустившись с Нира на пол снова, я сложила руки на груди, отгораживаясь от этого как всегда голодного и ждущего взгляда. Но и прогонять не спешила. Уже давно старалась научиться доверять своему мужчине — Ниру. И если он что-то делает, то не оспаривать его решения. Во всяком случае категорично, сразу и при других.

— Он закрыл мою спину, Рина, — Нир смотрел на меня так, будто притащил в дом не моего первого истинного — волка, а бездомного щеночка из подворотни и собирается упрашивать меня его оставить.

И как бы я не злилась на волка, но раз Нир так решил и раз волк правда решил защитить его…

— Ранен? — осведомилась сухо, глядя вновь в тёмные жаждущие глаза.

И от своего вопроса увидела в них блеск удовлетворения. Он понял, что не прогоняю, и, как всегда, почувствовал себя победителем.

— Царапина, — пожал плечами и зашипел.

— Ему грудь разворотило выстрелом, — тут же встрял Нир. — Мы не думали, что они станут использовать оружие вместо обычного сражения в полной трансформации.

— Тогда иди на диван, — отдала команду волку, и тот преувеличенно бодрым шагом отправился к своему уже родному наверное месту.

Прежде чем отправиться за ним, коротко обняла Нира снова. Он чмокнул меня в макушку:

— Ты так посмотрела на меня, когда заметила его, что я было подумал, бить будешь, — хмыкнул.

— Он меня раздражает.

— Он тебя любит. Тоже.

— Он не умеет любить, — вздохнула я, осознавая его мотивы.

Волк судил Нира по себе — считал, что тот горд обладанием такой самкой, и просто не хочет делиться. А Нир — по себе — думает, что волк привязан ко мне так же, как он сам, и страдает, если меня нет рядом. Ну и плюс чувствует, что моя волчица после той нашей близости совсем затосковала по своему истинному. Хочет осчастливить всех и вся. Только не понимает, что бывают такие личности, которые на любовь вовсе неспособны… Я была из таких же до встречи с ним.

Но сейчас отправилась лечить новоявленного защитника.

Волк нашёлся в гостиной сидящим на диване, примерно сложившим руки на колени. Ну надо же. Прямо милая школьница, а не альфа чёрных.