Безусловно, там была охрана из обеих стай и прайда ещё. И альфа двух стай не забыла заехать и сделать внушение нескольким отдельным личностям, которые были против. Девочка очень старалась обуздать свою силу, но в итоге эти бедняги в день открытия детского сада бежали впереди всех с шариками, расстилали красную ковровую дорожку (и чёрт знает откуда они только её притащили!), а потом лично вскапывали небольшой садик вокруг, драили полы и всё порывались побыть няньками. Да кто ж этих пришибленных к детям-то подпустит.*
В общем жизнь шла своим чередом, стая чёрных исправлялась так быстро, как только могла. А если не поспевали, то их исправляли…
После ужина и гигиенических процедур, я уселась на диване, наблюдая, как сын привычно подходит к Адану, широко раскрыв рот. Уж не известно, почему именно, но массировать себе дёсны, пока растут коренные зубы после выпавших в два с половиной года молочных, он давал только ему. С серьёзным выражением лица и такой сосредоточенностью, будто занимается самым важным делом на свете, волк обработал руки и принялся втирать специальную мазь.
Его сестричка тем временем тоже не теряла времени даром. Забралась на Нира, скидывая носки и подставляя ему пятки.
— Целуй, папа! — болтала ими прямо перед его носом ножками, тогда как сама улеглась на колени головой вниз.
И папа целовал. И голову придерживал, чтобы ей было удобнее. А я наблюдала за этим бедламом и всё ещё не могла поверить, что это настоящее. И что я тут — среди своих неугомонных детей и их отцов, которые не могут им вообще ни в чём отказать.
А завтра у нас выходной, который мы, как и всегда, проведём все вместе.
Дочь снова наденет на Адана излюбленный ошейник с розовым сердечком, который раньше мы не выбросили, а теперь это обязательный атрибут («а за фто я буду дерваться, если без офейника⁈ И папе так класивее»), и заставит его катать её по всему дому и двору в полу- или полной трансформации. А потом пойдёт учиться у Нира печь какие-то булочки, заляпав всю кухню мукой.
Сын в это время будет стараться догнать волка, обернувшись котиком, а потом смирно ждать подоспевшую выпечку… Ну а я буду помогать то одному, то второму, а вечером уложу обоих детей спать, и мы наконец останемся втроём, без сил растянувшись на нашей огромной кровати, но счастливо улыбаясь. Ну а если сил останется хоть немного, то снова не выспимся.
Правда, вряд ли кто-то из нас будет жалеть об упущенной возможности поспать. Ведь всегда есть дела поважнее…
*Речь о событиях истории Строптивая. (Не)пара для волка*
Эпилог Нир