Не мог же я отшвырнуть её, как кота.

— Тшшш, дети в порядке. Они оба здесь. Со мной. Не надо туда, — сказала как-то непривычно. Ласково что ли. Мягко так. Словно с ребёнком и разговаривала.

Мне даже показалось, что это я умер просто уже. Или от отравления мерещится всякое…

Но взгляд на неё всё же поднял. Нет. Она не казалась ненастоящей. Да и кот вполне ощутимо сжимал моё предплечье сзади, не давая улизнуть обратно в дом. И кстати. Лицо Эррин было обеспокоенным, конечно. Но не настолько, как если бы наш сын задыхался от дыма сейчас.

Она заглядывала мне в глаза, теперь поглаживая по щеке:

— Давай отойдём, тебе нужно отдышаться.

Я мотнул головой отрицательно, ещё не до конца веря, что всё закончилось. И недоверчиво обернулся на звук хныканья дочери. Когда ей что-то не нравится, она всегда издаёт такие звуки.

Рядом с ней на траве сидел вполне себе здоровый белоснежный котёнок ирбиса. Сын!

Я стартанул к нему прямо с места, не очень аккуратно оттолкнув всё же Эррин и оставив клочок рубашки в руках кота. Но сейчас перед собой я видел только нашего малыша! Живого и здорового!

С разбегу приземлился перед детьми на колени, подхватывая котёнка и прижимая к себе, зарываясь носом в его светлый мех, обалденно пахнущий котами. Луна! Да это теперь мой любимый запах будет! Живой! Маленький мой!

Продолжал тискать сына, пока не услышал недовольное кряхтение совсем рядом. И тут же встретился с прищуренными глазками дочки. Ага. Сижу тут, обнимая сынишку, почти не обращая на неё внимания. Конечно, она злится.

Поэтому быстро подхватил и её, целуя куда попало обоих. Даже в хвост случайно поцеловал. И всё никак не мог выпустить их из рук, хотя оба уже начинали ёрзать. Ну не любители они нежничать против воли. Вот когда им надо — другое дело. А так…

Трясущимися руками усадил дочь обратно на траву и спустил к ней котёнка, которого она тут же начала тискать сама — дёргать за хвост и лапы, облизывать нос. Сын стойко терпел. Мужик растёт!

И тут я поднял голову.

Эррин с котом стояли совсем рядом. Он поддерживал её и что-то шептал на ухо. А она улыбалась. Немного нервно, но не грустно. Фух…

— Ты зачем на Нира с кулаками кинулся? — спросила первым делом, когда поняла, что я отошёл.

Я кое-как поднялся. Ноги тоже тряслись. Но устоял.

— Не поверил…что вы все здесь… Думал, сын там… задыхается…

Говорить было сложно. Язык еле ворочался.

— Всерьёз решил, что Нир станет подвергать его жизнь опасности? — она вдруг нахмурилась. — Волк?

Я попытался сфокусироваться на её лице. Но оно становилось каким-то мутным.

— Вода нужна срочно! — почти приказала коту, и тот кинулся к машине.