Очередной вдох принёс с собой не только ароматы с кухни, но и чужой запах. Стоп.

Мои глаза расшились. Ох, дьявол! С утра мне показалось страшным сном произошедшее вчера. Но стоило вскочить с места и заглянуть в гостиную, как смогла убедиться, что это далеко не сон. На коврике продолжал лежать безымянный мужчина, которого я по привычке уже зову просто волком.

Судя по его виду, жить будет. Но недолго. Потому что серый цвет лица свидетельствовал о том, что на поправку он не так чтобы торопится. Радовало только то, что вроде бы все кровотечения остановились. Хотя ковёр всё равно придётся выбросить теперь…

— Марш в постель, Рина, — в дверях появился Нир с подносом. И я послушно юркнула обратно, забираясь под одеяло.

А когда он приблизился, не удержалась:

— Я надеялась, что мне это всё приснилось.

— Я тоже, — хмыкнул он, — но потом вышел в гостиную и понял, что мне не чудится, что здесь пахнет псиной.

— Оу…

— Нет-нет, к твоей волчице эти слова не имеют никакого отношения, — вдруг рассмеялся Нир, сгребая меня себе на колени.

Казалось, находка на нашем ковре его не расстроила.

— Ты будто не злишься. Неужели тебя не раздражает, что нам нужно возиться с ним?

— Ну мы же не можем это изменить, Рина. Так к чему раздражение?

— Можем вообще-то, — я зачерпнула блинчиком джем и отправила себе в рот.

Голодна, как тысяча волков. Нет, ирбисов. Лучше ирбисов.

— Оставим его у ближайшего питомника? — подмигнул мне Нир.

— Не понимаю, что тебя веселит, — я откинула голову назад, разминая шею, и Нир начал её массировать.

— Не злись. Просто… Я заключил сделку с ним. Дал слово.

— Какое?

— Что помогу ему выжить после того, как он выиграет.

— О, как самонадеянно с его стороны было думать, что он точно выиграет.

— Ну ведь выиграл.

— Ладно. Что взамен?

— Ему — место альфы. Мне — что он больше не станет к тебе приближаться.

— И ты поверил, Нир? Серьёзно? Ему?

— Я хотел убить альфу. Мне ты не разрешила. И вчера я понял, почему. А это был неплохой вариант. Прежний альфа хотел тебя у меня забрать и был редкостным мудаком, а этот пусть тоже хотел бы забрать, но…

— Тоже редкостный мудак, — закончила я. — И мы поменяли шило на мыло.

Нир снова улыбнулся;

— Обожаю, когда твоя голова снова начинает думать. Вчера так испугался за тебя. За волчицу. Вообще стоило увидеть вас обоих, чуть не поседел.

— Стоило сказать мне обо всём, и тогда этой ситуации не произошло бы.

— Я не думал, что ты сможешь чувствовать так далеко. Предполагаю, до вчерашнего дня и ты не думала.

— Ты сказал, что понял, почему я не хотела смерти альфы от твоих рук, — вдруг озадачилась, откладывая третий блинчик.