— Давно пора, — я повернулась к Ниру, намереваясь спросить, ввёл ли он в курс происходящего у нас прайд снежных барсов, но волк огорошил:

— А ты едешь со мной.

— Вот как?

Мы с Ниром разом перестали жевать и воззрились на него — слишком уж нагло он себя вёл. А синяк вокруг глаза ещё только начинал желтеть. Жаль, что регенерация такая быстрая. Может, стоило бы оставить ему напоминание на подольше?

— Ты — моя пара. И должна быть рядом со мной. Я представлю тебя стае, — заявил он непреклонно.

И хотя часть логики в его словах была, я уж никак не ожидала услышать дополнение:

— Только придётся скрыть твою вторую метку. Ещё не хватало, чтобы кто-то из моих ребят понял, что ты и с ним…

— Ну всё, волк, ты достал, — Нир отодвинул стул, очевидно, намереваясь провести второй воспитательный процесс, но я остановила его, удержав за руку.

— А меня ты спросить не хочешь?

— Что тут спрашивать? Всё и так ясно, — он бросил взгляд на Нира, но лицо удержал. Даже с места не сдвинулся.

— Я не собираюсь ничего прятать. И притворяться, что только твоя тоже, — поставила его в известность спокойно.

— Они не поймут! — зарычал он.

— Это моя проблема? Может, Нира? Или всё же твоя, волк?

— АДАН!

— Да кто угодно! Луна! Ты не понял правила? Мы либо все вместе, либо ты катишься отсюда куда твоей душе угодно. В стаю ли, или просто на улицу.

— Ты… — он угрожающе навис над столом, приблизившись ко мне.

А я невозмутимо положила в рот остатки блинчика. Нир стоял рядом. И так мне вообще ничего не грозит.

— Я, — согласилась. — И ты. И Нир. И мы или вместе или никак. Я не стану прятать его из-за того, что членам твоей стаи это может не понравиться. И на твоём месте хорошо подумала бы, прежде чем соглашаться на пару, которую ты сам не принимаешь полностью. Но от меня ты это требуешь.

— Я принимаю тебя! Без него!

— Без него меня нет, во… Адан.

Он плюхнулся обратно на стул, хмурясь.

— В прайде ирбисов подобное тоже не случалось прежде, — вдруг начал Нир, вновь усаживаясь на своё место. — И конечно, не приведёт никого в восторг. Но Рина такая. И её нельзя исправить, чтобы не навредить. А значит, мы либо это принимаем, либо… как она сказала — катимся отсюда. Я принимаю. Любую. Со второй меткой. И чем угодно. И пусть хоть кто-то из прайда только попробует посмотреть на неё косо…

Сказав это, он как ни в чём ни бывало вернулся к завтраку. И видя, что волк тоже колеблется, решила не нагнетать. Подвинула общее блюдо к нему.

— Попробуй, вкусно.

Он с сомнением подцепил один блин и разделался с ним в один укус.

— Как тебе?

Волк неопределённо качнул головой. Ну почему бы просто не сказать, что вкусно⁈ Ведь видно, что понравилось! Я глубоко вдохнула и выдохнула, успокаиваясь.