— Я больше не злюсь, что ты беременна от него, — прошептал горячо.

— Да что ты? — попыталась она меня оттолкнуть. Но как-то слабо.

— Правда, — не уловил я иронии в её вопросе, но понял её постфактум. — То есть… Я не стану вредить этому… — кивнул на её плоский пока живот, предполагая, что это единственная весомая причина теперь держать меня на расстоянии.

Я же уже извинился за ту историю в стае. Я приехал вот к ним, снова унижаясь. И так уже много сделал! Наверняка, она просто боится, что могу навредить её котёнку, вот и не подпускает. Ну ведь правда — я искупил свою вину! Да и после всех этих дней без неё, та картина как-то смазалась в моём сознании, мне уже не было так неприятно это всё вспоминать — казалось почти мелочью. Наверняка так должно быть и с ней. И главное, что она тоже должна скучать по мне. Пара же! Моя.

— Неужели? И с чего такая доброта? — теперь её голос сочился ядом.

— Я… хочу тут быть. С тобой. Прими меня назад. Ты моя тоже. Не только его.

— Однако ты…

— Да-да, — перебил я. — Поводок. Ошейник. Если хочешь… В постели на меня можешь даже наручники надеть. И отстегать как следует плёткой. Только займись потом со мной сексом, — выдал всё, что было внутри.

Правда, в кровати я бы позволил ей всё что захочет, только бы получить возможность кончить с ней. Я просто с ума сходил от её аромата. От её близости. Ни о чём другом просто думать не мог.

— Ты озабоченный, волк. Знаешь? — вопрос прозвучал холодно и спокойно, а я бы предпочёл услышать её сбившееся дыхание… Ещё лучше — возбуждение.

— Плевать, — мои руки принялись подниматься вверх к её лопаткам, задевая краем ладони грудь по бокам. Специально конечно.

— Прекрати меня лапать, — легко толкнула она меня.

Почти незаметно.

— Сладкая… — меня вело от её запаха. Такого вкусного. Хочу!

— Уймись, волк, — Эррин в моих руках вдруг напряглась. Будто бы правда ожидала от меня чего-то плохого. Но я бы не стал ей вредить. Мне можно было её трогать! Это же…

Тут же меня оторвало от неё сзади. И передо мной возник барс.

— Если тебе сказали уймись, то уймись, волк, — зыркнул он своими глазищами. — Поблажку ты получил. А теперь вали отсюда. У тебя, помнится, своя семья без нас намечалась.

Последние слова я пропустил мимо ушей. Потому что как вообще можно прокомментировать этот бред⁈

— Не тебе решать! — запротестовал я.

— Мне решать, — подала голос Эррин. — Уходи, Адан.

И почему-то прямо сейчас я бы предпочёл «волк» вместо этого имени. Потому что в этом её «волке» была скрытая ирония хотя бы, зато имя моё она сейчас произнесла безразлично, как чужое. А она кричать его должна, когда я буду…