Зато я и она… О да. Мы же созданы друг для друга!

Только пусть всегда бы была такой сонной, мягкой и тёплой, а не как обычно — стервой. Я даже и не знал, что она может вот так утыкаться своим покрасневшим от слёз носиком мне в грудь, сжимать в руках теперь мою рубашку (кошачью я сразу от неё отшвырнул подальше), всхлипывать жалобно, будто выпрашивая, чтобы пожалел. И я жалел.

И чувствовал себя ангелом. Не меньше.

А как ещё назвать, если лежу тут и вместо того, чтобы пользоваться ситуацией, пока рядом нет вездесущего кота, глажу её по спине только? Ну и ещё совершенно невинно иногда опуская руку чуть пониже спины в качестве моральной компенсации… Но это тоже можно не считать.

Вот такая нежная и уязвимая Эррин мне нравится ещё больше. Прижимается, обнимает и молчит. Идеальная же.

Я осторожно вытер сорвавшуюся с её ресниц на щёку солёную капельку. То, что она солёная, узнал, облизав палец. Даже слёзы у неё вкусные…

Эррин снова прерывисто выдохнула и нахмурилась. Я напрягся. И начал гладить её более тщательно. Очень уж не хотелось, чтобы проснулась. Испортит же всё.

И мне повезло. Подействовало. Вновь расслабившись, она мирно уложила голову мне на плечо и продолжила спать. А я трогать её и любоваться. Красивая.

Обычно меня бесят женские слёзы. А Эррин…

Так я и смотрел на неё до раннего утра. И дальше бы смотрел, если бы она не начала вновь хмуриться и шевелиться. Потому приоткрыла глаза. Закрыла их снова, будто надеялась, что я исчезну. Зажмурилась даже.

Обидно так. Будто я в её постели — это что-то ужасное…

— Дьявол, — выдохнула, снова открывая веки. — Ты.

— Можешь звать меня просто Адан, сладкая, — прошептал ей, всё ещё надеясь, что скандала удастся избежать.

— Выметайся из моей кровати! — попыталась оттолкнуть, но я прижал за талию посильнее.

— Выслушай.

— Нет, — заупрямилась она.

— Сладкая! Я ничего тебе не сделаю! — очень старался не злиться на неё, но уже начинал закипать. Так всё хорошо было же!

— Я тоже так думала, а потом…

Снова она об этом!

— Я куплю ошейник. Обещаю. Если захочешь, с шипами. И позволю тебе его на себя надеть…

Не удержал. Она вывернулась и отодвинулась на другую сторону:

— Ты идиот, если думаешь, что после этого я брошусь тебе на шею. Уходи.

Чёёёрт! Грёбаный приказ альфы! Так. Надо срочно разузнать, что там да как, пока она меня отсюда правда не выперла.

— Где твой кот?

— Не твоё дело, — огрызнулась, поправляя на себе одежду.

Ну и зря. Ложбинка её груди в сбившемся декольте выглядела просто супер.

— Где он, и почему ты плакала? Что-то плохое произошло, да?

— Нет. Уходи.