В ушах нарастал какой-то глухой гул. И я уже почти не слышала, как Ксавьер потребовал, чтобы Ауро снял свой верс. В глазах тоже странно потемнело.
А я все смотрела только на него, не в силах оторвать глаз от этого кошмарного зрелища. Понимала, что возможно вижу его в последний раз.
Неужели все так и закончится? Неужели они выиграли? И он сделает и это? Потому что я в их руках. Потому что я его слабость.
И в этот момент я возненавидела себя за это сильнее, чем когда-либо ненавидела их. Попробовала рвануться всем телом, но оно не слушалось.
Слабость! Я слабость! Как же все безнадежно и глупо получилось… А я так и не сказала ему, что я…
Ауро вдруг едва заметно усмехнулся. Это был не тот знакомый насмешливый или довольный изгиб губ.
Это был оскал. Звериный, смертоносный оскал, от которого кровь стыла в жилах. Но, несмотря на это, он медленно поднял руку к застежке на груди, не отрывая взгляда теперь уже от Ксавьера. Вот он расстегнул свой верс…
Нет! Боже мой! Нет!
Мысль пронеслась в голове оглушительной волной паники. Он не может. Без верса он… Я не знала, что именно будет, но понимала, что это чистейшее самоубийство. Он обнажает себя перед врагом. Ради меня.
И в этот миг Ксавьер незаметно наклонился ко мне. Его дыхание коснулось уха, а шепот был таким ледяным и четким, что каждое слово впивалось в мозг, несмотря на непрекращающийся противный гул.
— Вот и твой момент настал, Виталина.
Не успела даже испугаться. Что-то холодное и твердое с резким гудением прижалось к моей шее, чуть ниже уха. Не игла. Не шприц. Незнакомый металлический тупой наконечник, вроде дула пистолета.
Я бросила испуганный взгляд на Ауро.
И в этот миг весь мир содрогнулся. Беззвучно и страшно.
Свет исчез. Его буквально смело, поглотило плеснувшей во все стороны от Ауро чернотой.
Она вобрала в себя всё, оставляя лишь два пылающих кровавых светила в вибрирующей тьме, пожравшей всех в этом помещении. Его глаза…
А затем меня с силой швырнуло назад, как щепку в урагане.
Воздух вырвало из легких. Моё тело протащило по холодному полу, и я ударилась обо что-то твердое.
В ушах стоял оглушительный звон, сквозь который прорывался треск ломающегося металла, хруст костей и нечеловеческий рев, вобравший в себя всю ярость и боль этого мира…
глава 40. Срыв
Снять верс? Мысленно Ауро усмехнулся, не отрывая взгляда от Ксавьера.
Странная просьба. Отчаяние? Глупость?
Его верс был барьером, да, но не щитом. Его сила была в нем самом, а не в умной ткани.
Эта уловка ничего не меняла. Еще пара мгновений — и сигнал братьев позволит ему действовать.