У бойниц никого не было. Только на площадке у башни маячил шлем и наконечник копья одинокого часового. Как с такими немногочисленными силами Наместник намеревается удержать город, Катрин не представляла. Похоже, первосвященник хапнул слишком большой кусок. Впрочем, в легкомыслии его святость трудно упрекнуть.

— Можно спуститься. Здесь, — прошелестела Блоод. — Внизу кусты. Весной не успели. Вырубить.

— Как спуститься?

— По стене, — Блоод слепо, но уверенно показала. — Здесь. С башни не заметят.

— Ты когда-нибудь видела, чтобы люди ползали по стене, как мухи? Спускайся, если можешь, я что-нибудь придумаю.

— Не пойду. Без тебя. Зачем?

И действительно.

Катрин завертела головой. Обрывки веревок валялись у рассохшегося деревянного блока. Должно быть, здесь поднимали на стену камни.

— Иди, я нашла веревку.

— Нет.

Пиявка упрямая.

— Тогда замри…

Катрин на четвереньках добралась до груды обрывков, сгребла в охапку. Особенно беспокоиться о часовом, торчащем метрах в шести, не имело смысла. С тем же успехом шпионку могли заметить с обеих башен или с донжона.

Шпионка вернулась в лестничный проем. Блоод ждала. Видимо, даже не шелохнулась, несчастная. Катрин старалась не впадать в панику. Обрывки веревки оказались коротки. К тому же они провалялись долго, и по трезвом размышлении не стоило их надежности доверять и мешок репы. Катрин торопливо вязала узлы. Бардак и бесхозяйственность в этом зоопарке. Если уж бросают полезные вещи под открытым небом, то хотя бы о длине позаботились.

Готово. Веревка вышла коротковатой, но оставшиеся куски рассыпались прямо в руках.

— Полезли.

— Ты первая.

О дисциплине у суккуба имелось довольно своеобразное представление. Но сейчас вправлять девчонке мозги было несвоевременно.

Катрин спускалась с замершим сердцем. Гнилая веревка слоилась в руках. Шпионка искала носами сапог опору, благо щелей в стене хватало. Метрах в трех над землей чертова веревка оборвалась, но готовая к этому скалолазка приземлилась относительно удачно. Внизу действительно были кусты. Чувствуя, как набухают царапины на ободранной щеке, Катрин следила, как спускается суккуб. Завязанные глаза девчонке совершенно не мешали. Пальцы рук и ног с легкостью находили щели в каменной кладке. Блоод не ползла, а практически соскальзывала по отвесной стене.

Ладно, по крайней мере, сейчас за девочку можно было не волноваться. Катрин занялась изучением дальнейшего пути. Сразу за кустами шел ров с проточной водой. Плыли листочки, покачивались кувшинки. За водной преградой поднимался вал с ветхим частоколом наверху. Прямо дача какая-то, а не фортификационное сооружение.