Ирмиэль так и не выяснил, откуда Тугарт все это узнал. Первым делом он набросился на Лирди и перепугал ее до полусмерти, заподозрив в ней сообщницу Эндары и угрожая расправой здесь и сейчас. Но на лице у девушки был написан такой ужас, что его подозрения вскоре развеялись. Она и сама была шокирована, и, похоже, мысли об Эндаре пугали ее больше, чем его угрозы.

Спешно все обдумав, Ирмиэль тем же вечером отправил послание к Готтрану, выдернул Лирди из постели — она все равно не могла сомкнуть глаз, — и они понеслись к Предгорью.

Осберт и Алирия выслушали Ирмиэля в диком напряжении.

— Ты уверен, что этому Тугарту можно верить? — спросила Алирия.

— Все сходится. Действия Йорана, его бегство. Барьер. Кроме того, Диос, который, очевидно, служит Йорану, уже как-то уволок одного эвендина у Готтрана из-под носа.

— Но это значит… — Осберт осекся, подумал и медленно проговорил: — Все кончено? Эта Эндара с ним давно. Конечно, ее уже убили и пустили в дело кровь… Наверное, оттого и барьер… Сильная магия. Йоран стал могущественным Гением, и мы должны…

— Не так быстро, — прервала его Алирия. — Если ты не забыл, этот его якобы оруженосец — эвендин с отравленной кровью. Зачем он был нужен Йорану?

— Что ты хочешь сказать? — спросил Ирмиэль.

— Что наша цель остается прежней. Кто-то должен проникнуть в Предгорье и посмотреть, что там происходит. Или ты всерьез намерен поверить этому Рассекателю? Даже если он прав, Йоран уже оставил при себе одного эвендина. Быть может, оставил и другого.

Повисло молчание. В версию Алирии верилось слабо, но надежда захватить кого-нибудь из эвендинов и доставить прямиком к Готтрану, чтобы если и не использовать его кровь, то выяснить, что они задумали, была очень заманчивой.

— Как мы это сделаем? — наконец спросил Ирмиэль. — Можем попытаться объединить усилия и пробить барьер, но…

— Нет, мы поступим иначе. Ты ведь сказал, что эта твоя служанка дружила с Эндарой? Вот и чудно. Сами Предвечные послали нам помощь. — Она взяла в руки перо и окунула его в чернила. — Раз Йоран не отвечает на письма с угрозами, то, может, ответит на это.

Через несколько минут Осберт и Ирмиэль склонились над ее письмом. Осберт усомнился:

— Думаешь, сработает?

— Сработает. Йоран не может отмалчиваться и отсиживаться в Предгорье вечно. Солдат и тем более Гениев он не пропустит, но безобидной девчонки не испугается. Еще и попытается что-нибудь выяснить через нее.

Письмо отправили этой же ночью: барьер не был помехой для птиц. Ответ пришел днем, когда Осберт со своими людьми снова отправился исследовать скалы. Йоран коротко выражал согласие принять посланницу и ставил условия для ее прохода через барьер. Выполнить их не составляло труда.