Карета подпрыгнула на кочке, и Эни крепко вцепилась в Йорана. Завывания ветра снаружи напоминали крики, полные боли.

— Да, он был запечатан, но с годами печати слабнут. Уже несколько лет из-за гор приходит все больше ильфитов — ты сама видела. Было бы глупо надеяться, что это затронет не всех. Что касается тебя и Даргандэла… Во-первых, ты не столкнулась с ним лицом к лицу. Твой сон, скорее всего, лишь ощущение его ауры. Во-вторых, думаю, ты гораздо сильнее, чем кажешься. То, что Паук заинтересовался именно тобой, это подтверждает.

Эни вспомнила изучающий взгляд огненных глаз и содрогнулась.

— А вы его видели?

— В эти времена его никто не видел. Ну, выходит, кроме тебя. Я был бы рад предположить, что ты просто наслушалась историй о нем, а потом с перепугу увидела кошмар, однако… Я сказал, что ты очень чувствительна, и это, судя по всему, действительно так. Мне сразу показалось странным, что мелкие ильфиты довели тебя до такого состояния. Если там и впрямь был Паук, это все объясняет. Говорят, его аура сокрушительна, как ледовый водопад. Эх, а я-то думал, тебя надо защищать только от Готтрана.

Услышав это, Эни отпрянула от Йорана. Ей очень хотелось увидеть его лицо, но в карете было темно.

— Готтрана? — переспросила она дрожащим голосом. — Так это из-за него мы так быстро уехали? И он послал погоню, чтобы… Что ему от меня надо?

— Успокойся, — спокойно проговорил Йоран. — Пока ему нужно лишь выяснить, с чего мне вдруг вздумалось жениться на тебе. Кажется, я был наивен, когда думал, что он поверит во внезапную страсть. Кстати, не хочешь объяснить, почему ты боишься его больше, чем легендарного ильфита, едва не уничтожившего все человечество?

Вопрос показался Эни забавным. Это и впрямь было глупо.

— Не знаю. Я никогда с ним даже не говорила, но… Когда во сне этот ильфит был рядом, я не могла двинуться. Когда я видела господина Готтрана, страх был таким же по сути, но мне, наоборот, хотелось бежать сломя голову.

— И не зря, — пробормотал Йоран.

Эни не чувствовала в себе сил выпытывать у него правду. Ее по-прежнему одолевала слабость. Она снова привалилась к плечу Йорана и задремала.

Они ехали весь день и останавливались, только чтобы сменить лошадей. В запасе у них, как выяснилось, было достаточно еды и вина, но Эни хватило лишь на нескольких глотков и кусочек хлеба.

— …Может, я помогу ей, раз уж ты не соизволишь? — услышала она сквозь тяжелую дрему голос Юста.

— Не надо. Отдохнет как следует, и все будет в порядке.

— Ну ладно, тебе виднее.

Эни не сразу заметила, что именно ее насторожило в этом ворчании. С немалым трудом она заставила себя соображать и наконец поняла: фамильярность Юста. С каких пор он на «ты» с лордом?