Я не удержался от вопроса с подковыркой:

— Сколько страж в сутках?

— Десять!

— Сколько вас всего?

— Пять…

— Сколько времени должно приходиться на каждую, если делить по справедливости?

— Ну, точно дура! — выдохнула она и пошире раскрыла глаза, чтобы удержать слезы.

— Зачем на себя наговаривать? Просто тебе хочется мне помогать не только утром, но и в другое время суток. А будь твоя воля, не выходила бы отсюда вообще…

Услышав эти слова, мелкая слегка успокоилась. Поэтому, когда я вытянул правую руку в ее сторону, вцепилась в нее двумя руками и прижала к своей груди. Но выглядела такой же расстроенной. Пришлось успокаивать:

— А еще я тобой горжусь: вчера ночью ты справлялась со своими страхами просто замечательно!

— Если бы вы знали, чего мне это стоило!

— Но ведь ты смогла?

Она гордо вскинула головенку и кивнула:

— Да!

— Значит, мы все делаем правильно…

Обдумав мои слова, она расслабилась, но не полностью, и я перенаправил ее мысли в еще более интересном направлении:

— Ну, а как ты вела себя на озере? Когда мы с тобой ныряли в полной темноте, я чувствовал в тебе не страх, а восторг!

В глазах девушки тут же появилось мечтательное выражение:

— Да-а-а, это было так здорово…

С этого момента ее начало отпускать по-настоящему. Сначала она делилась своей радостью от тех новых впечатлений, которые испытала во время погружений, потом страдала, что с Майрой я нырял не только в длину, но и в глубину. А когда я клятвенно пообещал дать почувствовать те же ощущения и ей, засияла, как факел в ночи. Впрочем, сияла недолго — в какой-то момент ей в голову пришла очередная серьезная мысль, и она подобралась ко мне поближе:

— Со вчерашнего дня мама ходит сама не своя. И это не связано ни с вашим ранением, ни с добычей! Я спрашивала, в чем дело, но она молчит. Лишь только грустно смотрит на меня и вздыхает…

Я напрягся, постарался вспомнить хоть какую-то причину для грусти, но не смог:

— Мы с ней, вроде бы, говорили только о красоте. Как с тобой, помнишь? Поэтому даже не знаю, что тебе сказать.

— Жаль! А о том разговоре, конечно, помню: именно с того момента я и начала видеть мир совсем по-другому. Кстати, вчера, на озере, когда мы переодевались, я обратила внимание на то, что все те, кого я тогда оценивала, стали еще красивее. Пыталась понять причину почти целый день. А потом пришла к интересному выводу…

Я вопросительно выгнул бровь:

— Расскажешь?

Девушка изобразила обиду:

— Может, пора уже привыкнуть к тому, что я для вас открытая книга?

— Может, мне просто нравится, когда ты это говоришь? — пошутил я. и нарвался на ответную шутку: