— А чего я-то сразу? — пробурчал он, на что я мстительно ткнул его локтем, стараясь контролировать силу. Всё-таки по-прежнему находился в костюме.

— Ай! — начал растирать он плечо, глухо ругаясь, но более не пялясь на Кейт, которой Моника выдала из своих запасов довольно… фривольную маечку. Я бы сказал — излишне обтягивающую. Учитывая отсутствие лифчика, то слюнями исходили как бы не все, хоть и пытались с разной степенью умелости скрыть интерес.

У Тони получалось хуже всего.

— Значит, — заговорил я, отвлекая Монику от вбивания репутации болтуна в землю, — во время «игры» мы невидимы для обычных людей?

— Да, — коротко согласилась она. — Чудища, которых мы уничтожаем, тоже. Я плохо знаю механику, но как поняла, мы перемещаемся на некий… другой слой реальности, но при этом физически всё ещё находимся в одном мире.

— То есть невидимость, — подытожил Джером, в отличие от нас усевшийся прямо на пол, возле стены. Для него это, похоже, было обычной практикой.

— Так проще считать, — согласилась Моника. — Но это точно не другой мир, ведь когда я на следующий день сама посещала места предыдущих «игр», то находила следы боя. Значит всё происходит на самом деле. В городе и пригороде.

— В Нью-Йорке водятся монстры? — неверяще покачал головой Коннор, к которому продолжала жаться Кейт.

— А как на это реагируют копы? — одновременно с ним спросил хмурый Рон, скептично изучая Монику, словно чрезмерно настойчивого продавца пылесосов.

— Не спрашивала, — ядовито парировала она, глядя на Рона. — Можешь сходить в ближайший участок, поинтересоваться.

— Я, блядь, серьёзно!

— Я тоже, — прищурилась она. — Кстати, вот тебе забавный факт: Эхо не будет восстанавливать твою вонючую тушу каждый раз, как получишь рану. Так что если сдохнешь в реале, сдохнешь навсегда.

— Это как бы… очевидно? — развёл я руками, разгоняя вязкую тишину, наступившую после её слов. — В «игре» ведь то же самое?

— Для кого очевидно, зайка? — хмыкнула Моника. — Для этого олигофрена?

Рон насмешливо оскалился, но ничего не сказал.

— Простите, — воспользовавшись паузой подняла Кейт руку, отчего её слишком обтягивающая майка задралась, и она быстро одёрнула ткань, краснея до ушей. — А… мы телепортировались сюда прям совсем? Я имею в виду… тело. Которое погибло перед попаданием сюда. Или не погибло? Нас… перенесло за секунду до смерти, верно? Мы ведь, — она сглотнула, оглядела нас встревоженным взглядом, — на самом деле живы?

— Нет. Все здесь мертвы, — сухо постановила Моника. — Это говорил сам Эхо и я не вижу смысла оспаривать эти слова. А тела…