Дверь оказалась тяжёлой, металлической. Я задумался, как её преодолевают разные бабки, во все времена обожающие строчить доносы или «заглянуть так, для приличия», сугубо отвлечь служивых своей слёзной историей о соседе-алкаше, который «житья не даёт!» Сомневаюсь, что подобные личности водились только на моей родине.

Оказавшись внутри, поморщился, ощущая мощный амбре табака и кофе, который, казалось, пропитал эти стены — настоящий, блядь, запах закона. Шагнув вперёд, наткнулся на высокую стойку, поднятую примерно на ступеньку-две от пола — так, чтобы сидящей за ней сержант (если правильно определил знаки отличия) мог смотреть на посетителей сверху вниз.

Совпадение или нормальная практика? Внушение, во всяком случае, производило.

— Чем могу помочь? — не глядя на меня, спросил сержант — мужик, лет сорока. Его внимание привлекал журнал — то ли рабочий, то ли «Плэйбой», мне не было видно с моего положения!

— У меня встреча с детективом Фареллом, — озвучил я.

Сержант поднял взгляд, несколько секунд пялился на меня, словно давая возможность передумать и сбежать, а потом снял трубку внутреннего телефона.

Пока коп болтал, я огляделся. Слева — пластиковые стулья, привинченные к полу. На одном сидела женщина средних лет с бумажным пакетом на коленях — смотрела в полуоткрытое окно (которое не спасало от духоты) на проезжающие машины. Рядом — мужик с перебинтованной рукой, нога на ногу, изучал потолок. В углу подросток в наручниках, рядом — офицер с папкой.

Все молчали, но если прислушаться, можно различить голоса, раздающиеся из глубины участка. Некий… единый шум, сливающийся в какофонию.

Справа, на стене — доска с ориентировками и плакат, расписывающий права при аресте на английском и испанском.

Сержант положил трубку.

— Ожидайте, — коротко бросил он.

Я снова огляделся, но не захотел садиться на протёртые миллионом жоп стулья. Остался стоять. К счастью недолго. Только запустил «змейку» на своём телефоне, как появился Фарелл — мятый пиджак, на три пуговицы расстёгнутая рубашка и кофе в бумажном стаканчике.

— Лоуфорд, — буркнул он, — за мной.

— А мы когда? — завозился подросток в наручниках, но сидящий рядом коп молча отоварил его папкой по лбу. Тот дёрнулся и затих.

Я пошёл следом за Фареллом через турникет, который сержант открыл кнопкой под стойкой. За турникетом следовал коридор, потом большая комната — что-то вроде офиса, где работали детективы. Ну, судя по заваленным бумагами столами.

Компов насчитал всего два, оба заняты. То и дело трезвонили телефоны, которые игнорировались будто принципиально. Бедолага в углу печатал на машинке, издавая характерный щёлкающий звук.