Барсуков едва успел уклониться. Стрела просвистела в сантиметре от его плеча. Пар рассеялся, и я увидел, что инструктор усмехнулся — ему явно понравилась изобретательность.

— Огонь!

Пламя вспыхнуло в обеих руках Барсукова. Яркое, оранжево-красное, жаркое. За секунду сформировался огненный шар размером с арбуз и полетел к Василию — быстро, с рёвом пламени.

Температура в зале взлетела ещё выше. Я почувствовал жар даже через защитное стекло галереи. Защитные руны на стенах засветились ярче — барьеры активировались, чтобы удержать энергию внутри.

Василий создал огненную стену перед собой. Шар врезался в неё и взорвался. Пламя разлилось волной во все стороны. Жар стал невыносимым.

Барсуков не останавливался и материализовал огненные плети с обеих рук. Хлестал ими, опутывал. Атаковал и сверху, и сбоку — одновременно с разных направлений.

Василий, к его чести, уклонялся. Не так проворный, как мог Барсуков — пятьдесят два года и сидячая работа давали о себе знать. Но техника компенсировала недостаток скорости.

Контратака — и Василий выпустил огненные стрелы. Десятки штук, веером. Они летели с разных углов, перекрывая пути отступления.

Барсуков создал круговой огненный щит вокруг себя. Стрелы таяли о него, не достигая цели.

Затем пошла финальная атака по стихии огня — волна пламени прокатилась по всему залу. Я отшатнулся от стекла — даже через барьер стало слишком горячо.

Василий был вынужден перейти к глухой обороне. Он создал купол пламени вокруг себя. Волна разбилась о купол, обтекла со всех сторон. Защита держалась, но с трудом — видно было, как дрожали языки пламени.

Отец устал. Дышал тяжело, движения стали медленнее. Но держался, не сдавался.

Барсуков сделал паузу и наконец-то дал Василию несколько секунд отдышаться. Профессиональная оценка — не добивать, а тестировать возможности.

Затем произнёс серьёзным тоном:

— Воздух. Самое сложное для вас, Василий Фридрихович. Посмотрим, как справитесь.

Едва заметный взмах рукой — и на отца понёсся воздушный вихрь. Невидимый глазу, но ощутимый всем телом. Воздух загудел, завыл. Вихрь закручивался, набирал силу.

Василий попытался создать встречный вихрь.

Но контроль был явно хуже, чем с другими стихиями. Вихрь получился неровный, дрожащий. Структура нестабильная, видны были разрывы.

Барсуков усилил атаку.

Воздушные лезвия. Невидимые глазу, абсолютно бесшумные, смертельно опасные. Почувствовать их можно только магическим чутьём или в последний момент — когда рассекают воздух рядом с кожей.

Василий ощутил их в последнюю секунду и выставил земляные щиты — инстинктивно переключился на привычную стихию. Отбил несколько лезвий, но реагировал с опозданием.