— Не знаю, почему ты так подумала, — я невозмутимо пожала плечами, а Селена вдруг поинтересовалась в лоб:

— С твоим братом все в порядке?

— Да, — не сомневаясь ни мгновения, отозвалась без паузы. — Он действительно в поместье.

Пристальный изучающий взгляд длился всего несколько секунд, а потом на лице Селены расцвела она — светская маска. Девушка как ни в чем не бывало вернулась к стеллажу с книгами и полюбопытствовала:

— Как думаешь, стоит купить эту книгу? В качестве настольной юмористической истории?

Этим мне дали понять, что новых расспросов не будет. И я вздохнула с облегчением. Лгать я очень не любила, да и не уверена, что умела. Так точно будет проще. Правда, не уверена, что герцогиня не поделится наблюдениями об этой встрече с мужем, Фредериком или той же Дафной. Вот только просить ее держать встречу в тайне нет ни малейшего повода. Это уж точно будет слишком подозрительно.

В книжном магазине мы все-таки приобрели несколько фолиантов. Потом прогулялись по другим лавкам, где я приобрела совершенно очаровательные перчатки из тончайшего кружева, брошку и еще несколько приятных мелочей. Потом заглянули в небольшую кофейню на углу Торговой площади, где выпили горячего шоколада с очень вкусными пирожными. К разговору о Мартине мы больше не возвращались. О короле, впрочем, мы тоже больше не говорили. Двум сильным ведьмам и без того было, о чем поболтать.

Расстались мы добрыми подругами и договорились позже еще встретиться. Дома я попробовала составить письмо брату, в котором пыталась осторожно расспросить о Мартине. Прекрасно понимала, что его почту могут просматривать — в этом не было ничего удивительного. Он ведь находился не на отдыхе, а под домашним арестом.

В камин отправилось три скомканных варианта прежде, чем меня устроило содержание письма. Выглядело оно максимально невинно:

Дорогой Алекс, как поживаешь? Как твои дела в поместье? Дома все в полном порядке. Настроение у меня замечательное. Работаю над зельями, гуляю. Представляешь, недавно встретила твоего однокурсника Мартина. Он, кстати, спрашивал, как ты поживаешь. Очень скучаю по тебе и жду твоего возвращения. Твоя маленькая сестренка Лили».

Маленькой я, конечно, не была. Но братец меня именно таковой и считал. И очень часто называл меня именно в таких эпитетах. Так что такая подпись была лишь дополнительным заверением, что письмо действительно от меня и не несет в себе никакой опасности.

Поставила точку. Перечитала еще раз. Алекс умный, наверняка поймет мой намек. Хотелось бы, конечно, написать распространенней. На мгновенье я даже замерла, раздумывая, не стоит ли использовать специальное зелье для составления скрытого послания. Но тут же отказалась от этой идеи. Алекс находится под наблюдением опытных сотрудников, могут и проверить. Лучше пока не рисковать и вообще всячески усыплять бдительность.