Ну да, Воитель — это Грандмастер, и даже кремлёвская гвардия не горит желанием связываться с ним без лишней нужды.

Мы идём за гвардейцем. Владислав, очевидно заинтригованный, следует за мной. Кремлёвский дворец остаётся позади, мы спускаемся по двору в сторону крытого зимнего сада. Теплица светится мягким золотистым светом. Внутри среди аккуратно подстриженных клумб стоит Феанор. В руке Воителя клинок, сотканный из текущей лавы. Вокруг него уже собрались царские гвардейцы, десяток бойцов, облачённых в магические доспехи, и все без исключения — Мастера.

Один из них, судя по всему, старший, выступает вперёд. Голос твёрдый, тон бескомпромиссный:

— Вы нарушаете порядок. Это царский сад. Посторонним сюда заходить запрещено.

Феанор медленно поворачивает голову к говорившему. Пламя на его клинке колышется, как будто реагируя на напряжённость момента. Ну что ж, очередной день, очередные проблемы.

— Я хожу туда, куда хочу. Мне понравились эти клумбы, и я решил рассмотреть их поближе, — яростно отзывается Воитель. — Ваши садовники должны быть рады моему вниманию.

На секунду мне хочется сделать фейспалм. Тоже мне, любитель ботаники. Вот серьёзно, этого типа нельзя оставить без присмотра даже на пять минут. Только отвернулся — уже успел вляпаться в дипломатический скандал. Еще и перед Охранкой засветился.

Владислав Владимирович хмыкает, и в его глазах блеснуло что-то похожее на интерес, хотя он и делает вид, что просто случайный свидетель.

— Ого, слуга-то у тебя интересный, Данила Степанович. Иномирянин, сильный маг… У него что, второй ранг Мастера? Боюсь представить, какая у тебя тогда ближайшая дружина.

Я вздыхаю и подхожу ближе, наблюдая, как царские гвардейцы напряжённо сжимают оружие. Кто-то уже напряг меридианы как перед боем. Феанор же стоит спокойно, словно окружён толпой декоративных статуй. Царские гвардейцы его могут здорово потрепать, даром что Воитель, и он будто бы этого не понимает.

— Феанор, твою мать! — рычу. — Ты что творишь? В гостях будь вежлив. Живо убери меч и пошли, — он переводит на меня взбешенный взгляд, но мне пофиг. — Ты знаешь, что стоит на кону. Засунь свою гордость подальше, а то ни хрена не получится.

Я даже не смотрю ему в глаза, просто разворачиваюсь и направляюсь к своей машине, как и полагается господину, отчитавшему слугу. А сейчас он именно мой слуга. Просто потому что другой роли для него не предусмотрено.

— До свидания, Владислав Владимирович, — бросаю на прощание, даже не замедляя шаг.

— Пока, Данила, — кивает Красный Влад. — В другой раз обсудим мое предложение по новой должности.