На секунду оглядывается.

— Оставайтесь снаружи! Позову, если что! — бросает через плечо. А потом, с вызовом прищурившись, добавляет: — И ещё — граф Вещий-Филинов, попрошу!

И ныряет в темноту дома, даже не дождавшись ответа.

А за спиной гвардейцы остаются стоять неподвижно — с оружием в руках, закованные в магические доспехи.

Комнаты завалены валунами, созданными магией Камня. Мебель раскурочена, повсюду обломки. Из пробитого паркета торчат лианы, будто здесь джунгли какие-то. Стены покрыты черными опалинами и глубокими разрезами.

И в довершение всего — кровь. Брызги хаотично раскиданы по полу и стенам. Настю охватывает ледяной страх. Но она быстро берет себя в руки. Кровь — еще не значит смерть. Её отец — маг крови. А у Дани есть кровавый легионер.

Сделав глубокий вдох, Настя бросается вперёд, пересекает полуразрушенный коридор и замирает на пороге гостиной.

На диване, раскинувшись, как выброшенная на берег рыба, лежит Павел Тимофеевич.

— Филинов… мы не закончили… — сипло выдавливает он, кривясь.

Напротив, в обугленном, почти рассыпающемся кресле сидит Данила. Выглядит он не лучше — одежда порвана, на лице копоть. В руках шейкер с энергококтейлем.

Спокойно делает глоток. Как будто только что не устроил рукопашный апокалипсис.

— Это вы не закончили, Павел Тимофеевич, — лениво замечает он, качая головой. — А я, знаете ли, уже задолбался вам харю начищать, Ваше Сиятельство.

Заметив Настю, Данила поднимает на нее взгляд. В глазах мелькает добрый блеск.

— О, Настенька, привет. — Голос лёгкий, непринуждённый, как будто они случайно встретились в парке. — А мы тут с твоим отцом обсуждали важный вопрос — как изменятся наши с Павлом Тимофеевичем семейные отношения после свадьбы.

Он многозначительно качает головой.

— Очень продуктивно побеседовали.

Настя замирает. Глаза барышни бегают от Данилы к её отцу. Шок.

Данила тем временем спокойно встаёт, лениво стряхивает с себя пепел, тянется, хрустя суставами.

— Ну, я, пожалуй, пойду, если Павел Тимофеевич не против?

Барон с трудом поднимает руку. Скривившись от боли, сквозь зубы выдавливает:

— Беги, Филинов… Беги, пока можешь… тебе хватило…

Даня усмехается. Расправляет плечи, оглядывает гостиную, словно оценивая масштаб разрушений.

— Обои́м хватило. — Пожимает плечами. — В другой раз повторим.

Смотрит на Настю, чуть склоняя голову:

— Анастасия Павловна, выйдешь на минутку?

— Конечно, Даня.

Она идёт за ним в коридор, всё ещё пытаясь осознать происходящее. В голове — полный хаос.

Когда они оказываются в холле, наконец выдыхает.

— Даня… что это было⁈

— О, пустяки, — ухмыляется он, потягиваясь. — Твой отец решил провести душевную беседу. Уладить наши разногласия.