— Межмировое государство, — кивает майя. — Понимаю. С таким масштабом я не сталкивался, как вы прекрасно знаете. Да и, будем честны, мало кто вообще сталкивался. Могу сказать лишь одно: я сделаю всё, что в моих силах, и буду наверстывать, учиться, впитывать новые знания настолько быстро, насколько смогу.

Иного ответа я от него и не ожидал. Именно поэтому он меня полностью устраивает.

— Значит, ты проклят? — перехожу я к сути.

— Да. Я не могу покинуть Новый Свет, не превратившись в жуткого монстра.

— Пробовал уже?

— Не раз, — слегка морщится Тэнейо.

Ледзор хранит молчание, почесывая бороду. Я наклоняю голову чуть набок, внимательно глядя на майя:

— То есть единственное, что мешает тебе поступить ко мне на службу, — это проклятие? То, что я моложе тебя, менее опытный, возможно, даже слабее… — на этих словах Ледзор едва не закашливается от удивления, чуть не сорвав мой диалог. Он-то видел меня в бою не раз. — И при этом буду твоим королём — тебя не смущает?

— Если бы всё было именно так, смущало бы, — честно отвечает Тэнейо. — Но ты — король королей. Ты уже побеждал и удерживаешь власть над существами, которые сильнее и древнее меня. А значит, у тебя есть сокрушительная воля.

Тут он прав. Те же дроу с альвами древнее мамонтов, хоть многие из них и выглядят розовощёкими юнцами с девицами.

— Хорошо, — киваю я. — Раз с этим определились, проверим, что у тебя за проклятие.

— Что⁈ — вырывается у Тэнейо.

Я выпускаю лиану прямо из плеча — она мгновенно обвивает Тэнейо за руку. Одновременно одной рукой хватаю Ледзора, а другой активирую портальный камень, который держал зажатым в кармане.

Мы переносимся в Кузню-Гору, а именно в Кузнечный зал. Люблю экспромт, что тут скажешь.

— Хо-хо, граф! Не ожидал! — Ледзор явно не расстроен, скорее наоборот.

А вот Тэнейо стоит бледный, несмотря на загар.

— Бегите, глупцы! — кричит он.

И в ту же секунду начинает обращаться. Его корёжит жёстко: тело ломается и вытягивается, кости идут волной, мышцы рвут привычные пропорции, суставы выворачиваются с хрустом. Привычные очертания исчезают на глазах, и уже через мгновение перед нами стоит не человек.

А облезлая обезьяна.

— Эмм, — я удивленно смотрю на Ледзора. — И это «жуткий монстр»?

— Ну, может, он огонь из пасти изрыгает, — осторожно пытается оправдать старого соратника Одиннадцатипалый. — Или кислотой плюётся. Всякое бывает.

Да только здоровая обезьяна с искажённой анатомией и не думает даже нападать на нас. Тут бы я её и лианами скрутил без особых усилий. Она прыгает, носится по коридору, карабкается по отвесной скале, затем срывается вниз, не находя себе места. Мечется, будто в панике. Бигус из моего детства и то пострашнее будет.