годы запустения, дом совсем обветшал. В качестве свадебного подарка родители Слоан выделили щедрые средства на ремонт. Ролинс позаботился о том, чтобы новая усадьба сохранила величественный архитектурный облик, свойственный первоначальному зданию, возведенному на этом холме в первом десятилетии восемнадцатого века. Вскоре после завершения строительства родился мой старший брат Хейворд. Профинансировав восстановление дома и подарив Ролинсу наследника, мама доказала, что он не зря на ней женился. – Хейворд Риверс – это мой дедушка? – уточнила Нора. – Да, – ответила я, пытаясь отыскать в Нориных чертах сходство с моим старшим братом. У нее было приятное лицо и необыкновенные карие глаза, унаследованные от Кави. Нориного отца я не помнила, но высокие точеные скулы явно достались ей от моего брата. – Если в двух словах, то Хейворд был замечательным сыном и братом. Не было на свете человека лучше, хотя идеальным его не назовешь. Что это была за натура? – Я мягко усмехнулась. – Само собой, время от времени Хейворд выходил из себя, и я уверена, что давала ему множество поводов злиться, однако он проявлял неподдельную доброту не только ко мне, но и ко всем окружающим. Кроме того, мой старший брат являлся прирожденным спортсменом. Ему давалось абсолютно все: он ездил верхом, лазал по деревьям, ловил рыбу, стрелял… Я старалась не отставать от него, и Хейворд это видел, но вместо того, чтобы дразнить, он подбадривал меня словами: «У тебя получится, Лиззи». – При этих воспоминаниях у меня защемило сердце. – Он называл меня Лиззи. Хейворд любил уменьшительные имена и клички. Нашего младшего брата он прозвал Лезом. Ясно, что это сокращение от полного имени, Лезэн. Но Хейворд утверждал, что Лез – еще и подходящая кличка: чтобы младший брат не лез вперед старшего. – Не слишком ли грубо? – возмутилась Саванна. – Может, и грубо, но вполне справедливо, – ответила я и пояснила: – Полное имя, Лезэн, – гугенотского происхождения. – Очень необычное, – заметила Нора. – Лезэн – старинное семейное имя, – обронила Саванна как бы между прочим, словно Нора и без того должна была понимать, насколько распространена подобная практика у южан. – Он родился двумя годами позже меня и был болезненным ребенком, – продолжала я. – Мама над ним тряслась. – Никогда не слышала о двоюродном дедушке Лезэне, – заявила Саванна. – Он что, оказался паршивой овцой в стаде? Я помотала головой и быстро ответила: – Нет. – Кое о чем из биографии моего младшего братца лучше было умолчать. – Боюсь, в детстве главным