Лев Борисович вообще считал Веру вещью, купленной по дешёвке в пансионате. Он и ездил туда выбирать себе крепкую, усердную и безропотную жену, чтобы скрасила последние годы. Верочка ему приглянулась, а ещё приглянулось её внушительное приданое, пусть в глуши, но выгодно продать имение показалось заманчивой идеей.

И не подозревал папаша, что в его собственном доме есть тот самый сердцеед, что не давал прохода молодой мачехе, доводя её до отчаянья своим навязчивым вниманием, от которого в последний год совершенно негде было укрыться. Но она выстояла, отбивалась и, кажется, почти сдалась после смерти мужа.

Почти…

Кто бы знал, что глупышка рванёт не куда-нибудь, а в бывшую свою усадьбу.

Узнали о её выходке только со слов адвоката господина Керна, того самого покупателя имения, который вдруг объявился с претензией к сделке, и, видите ли, Вера считает, что продажа произошла без её законного согласия.

Можно было бы плюнуть и забыть. Но адвокат оказался таким въедливым, всё пронюхал, проверил и посчитал, что деньги, какие указаны в завещании, и есть те самые, полученные от продажи «Кривотолково», а посему потребовал у прокурора санкцию на заморозку счетов до суда, посчитав семейство Меркуловых — должниками перед мачехой.

Такого пассажа не ожидал никто, и прежде всего Борис. Быстро посовещавшись со своим приятелем юристом, нашёл единственный способ узаконить сделку и разморозить счета — жениться на Вере.

И тем самым утереть нос противной сестре, забрав вообще всё наследство будущей жены.

Вспомнился тот день, когда друг расписал перспективы, у Бориса Львовича вспотели ладони, он вскочил и несколько раз суетливо пробежал из одного угла кабинета в другой, закусив кулак и размышляя, как лучше это дело обставить.

Ведь Вера его боится…

Подкупить?

Умолять?

Напеть ей слов любви, от которых простенькие девицы краснеют, теряются и совершенно глупеют, соглашаются на всё.

Чёткого плана завоевания сердца бывшей мачехи в тот момент не появилось, даже конфет забыл купить.

Но ехать решился, считая, что его предложение — лучшее, что с ней вообще могло бы произойти. Ведь для бездомной сироты, запуганной жизнью, большая удача — вернуться в дом в качестве полноправной хозяйки и теперь уже с молодым, сильным мужчиной, готовым её баловать, выводить в свет и покупать наряды — да о большем она и мечтать не посмеет.

С такой установкой он и отправился в путь-дорогу. Ожидая всего, чего угодно, только не того, что произошло на самом деле.

Веру словно подменили. От неё исходит сила, свет и тепло. Она даже в этом уродливом, старом платье стала невероятно притягательной.