— Сейчас чай подадут, Наташенька завершит свои занятия французским языком с гувернанткой, и мы вас представим, уж она у нас красавица и умница. Только вот сегодня я карты раскинула, уж простите мне такую слабость. Но выпал червовый король, да с сердечным интересом. А себе думаю, ну кто бы это мог быть. Не уж-то сам барон Керн пожалует. А, это вы! Как приятно, так радостно на душе, когда хорошие-то карты не врут. Ну что же вы стоите, проходите в столовую, хотите, я вам картишки раскину…

— Матушка, побойтесь Бога, пост! — прошипел смущённый муж.

— Да, да! Грешна, знаю, но что ж ещё бедной женщине делать с утра до вечера. Доченька вот вдруг решила языки изучать, как наш сосед барон, а я пасьянсами балуюсь…

От домашней суеты, изобилия разговоров у Меркулова слегка закружилась голова. Появилось желание сказаться уставшим и уйти к себе. Но в столовую, где его усадили за стол и таки начали раскладывать карты на ближайшее будущее, и узнать, чем сердце успокоится, вошла юная девица. Разряженная, как куколка, с накрученными локонами, и сияющими глазами. Но забавнее всего на её кукольном же личике выглядит маленький и вздёрнутый носик с веснушками, коих она жутко стесняется и уже запудрила, да неплотно.

— Ах, матушка, уберите, стыдно перед гостем, такие дела, подумают, что мы еретики, — укоризненно и как бы стесняясь, проворчала Наташа и тут же протянул руку вскочившему со своего места Борису.

— Добрый вечер, сударыня, Борис Львович Меркулов…

— Доченька, представляешь, он дальний родственник Веры Степановны, приехал забрать её из нужды в столицу.

— Правда? Насовсем? — странный вопрос Наташи насторожил Бориса.

— Да, мой долг о ней позаботится. Но она заупрямилась, я завтра намереваюсь её ещё раз попробовать уговорить.

Наташа понимающе кивнула и теперь пристально смотрит на то, как маменька перекладывает с места на место карты, и пальчиком постукивает по некоторым, словно порицая, что те вообще посмели явиться под её взор.

Действо заворожило всех сидящих за столом, словно удачный сеанс спиритизма.

— Ну что там, маменька? Уж говорите, не томите, а то сейчас чай подадут.

— Ох, не знаю, как сказать. Денежные издержки, затруднения в делах, но есть амурное, лёгкое пряное, может, и свадьбой закончится. Карты всегда что-то нехорошее скажут, да тут же и поддержат, мол, на хорошее надо надеяться, на хорошее.

Она ещё раз усердно постучала пальчиком по карте, которая символизирует свадьбу, и улыбнулась.

Подали чай, не чай, а настоящий обед три блюда со всевозможной выпечкой, к ним мёд в хрустальных вазочках, три вида варенья и пастилу.