— Что тут у нас? — любимая женушка Цилли-Амат трясущимися руками вскрывала один хурджун за другим, жадно разглядывая привезенное мужем.
— Это железные ножи, дорогая, — терпеливо пояснял Кулли. — А это лен из Египта… А это горшки из самих Микен. Видишь, какая искусная роспись! Ох! Ты бы знала, каких трудов стоило их довезти. Нипочем не возьму их больше.
— А золото? — жадно впилась в него Цилли. — Маленькие кругленькие статеры? Ты их привез? Я ужасно по ним соскучилась!
— Ты хотела сказать, по мне соскучилась? — удивленно посмотрел на нее Кулли.
— По тебе, по тебе, — сварливо отмахнулась от него Цилли. — Так привез или нет?
— Привез, — улыбнулся в бороду Кулли. — А ты скупила олово?
— Все, как ты сказал, — кивнула женушка. — Забрала почти все, что было в Вавилоне. Цены тут же взлетели на треть. Надо бы остановиться, мой дорогой. Рынок шумит. Хвала богу Набу, мне хватило разумения сделать это через нескольких разных людей.
— Ты считаешь, нас призовут к ответу? — взглянул на нее Кулли.
— Думаю, стоит попридержать колесницу нашей жадности, — поморщилась Цилли. — Тут сейчас не любят слишком удачливых и слишком богатых. Дела в Вавилоне плохи как никогда, а скромность — лучшая защита от алчных вельмож.
— Такого раньше не было, — удивленно посмотрел на нее Кулли. — Все стало так скверно?
— Ты даже не представляешь, насколько, — снова поморщилась Цилли. — На словах законы священны, и собственность тоже. А на деле тебя могут обвинить в неподобающих поступках и отнять все. Заявят, что твои жертвы богам неприлично малы. Или что ты непочтительно отозвался о нашем государе, да продлятся дни его…
— Я понял, — нахмурился Кулли. — Устрой мне встречу с царем.
— Чего? — уставилась на него жена. — Ты спятил, муженек? Может быть, ты захочешь встретиться сразу с богом Мардуком?
— У меня с собой послание из Энгоми, — пояснил Кулли. — И я облечен полномочиями посла. Я вручу подарки и договорюсь о безопасности для товаров. Господин поручил мне это сделать.
— Ну, раз так… — лицо Цилли просветлело. — Да, мой отец знаком с господином Ша тамкари, старшим купцом. Он близок к трону. Это может сработать. В прошлый раз тебе повезло, ты весь товар продал нам, да и было его немного. Сейчас о тебе говорят на всех углах. Так что даже мотка ниток не вздумай продать из этого каравана. Писцы расценят это как обман дворца. И тогда, муж мой, тебе очень сильно повезет, если у тебя всего лишь отберут товар. Ты не представляешь, как страшно становится жить.
Царский дворец возвышался над городом массивной ступенчатой пирамидой из сырцового кирпича, переложенного тростником. Его стены толщиной в три человеческих роста, покрытые потрескавшейся белой штукатуркой, хранили следы недавнего ремонта. Их кое-где подмазали свежей глиной, еще не успевшей потемнеть под солнцем. Дворец — это город в городе. Сотни людей тут живут и трудятся.