— Отчего же?

Боголюбов повертел презент в пальцах.

— Очень даже напоминает. В Тамбове лишь в одном банке поставлены ячейки с такими замками. А откуда сия вещица?

— Я, Платон Сергеевич, снял её с шеи Савелия, когда вязал мерзавца.

— И вы столько времени молчали!

— Не намеренно, уверяю вас. Но я… Да подождите пять минут, не убегут ваши улики.

Боголюбова пришлось удерживать практически силой.

— Всё равно вам нужно готовить бумаги на осмотр и изъятие содержимого ячейки и еще кучу бюрократии разводить. Скажите лучше: вы можете проверить наличие на некоем предмете человеческой крови?

— Разумеется. Есть реактивы, есть специалисты.

— Тогда не сочтите за труд проверить вот эту безделушку.

Я достал из кармана футляр с колье.

— Разумеется. Сей же час… Никифоров!

Усатый полицейский из нижних чинов вытянулся перед начальственным столом.

— Отнеси в лабораторию к Порфирьеву, скажи, что я велел проверить факт наличия крови. И чтобы сегодня же!

И, оборотясь ко мне, добавил:

— Владимир Антонович, забегайте завтра в это же время, и вы получите полный отчет по своему вопросу. А сейчас извините: служба.

И он убежал прежде, чем я поднялся со стула.

На другой день я, как и было предложено, зашел к Боголюбову. Тот сиял, будто новенький червонец.

— Ну, Владимир Антонович! — закричал он, едва завидев меня входящим в двери кабинета. — Ну удружили! Вот они где у меня сейчас!

Он погрозил неведомым злодеям мясистым кулаком.

— Сколько дел, сколько дел мы получили возможность завершить! Дорогой вы мой человек, дайте я вас расцелую!

И прежде, чем я успел как-то отреагировать, подбежал ко мне, обнял и троекратно облобызал в обе щеки.

— Полноте, Платон Сергеевич, полноте — принялся я отбиваться. — В конце концов, я не румяная барышня.

— А-а! — махнул рукой Боголюбов. — ничегошеньки вы не понимаете. Сегодня у всей городской полиции праздник. Сам начальник управления готов был колесом пойти, когда увидел, что в той ячейке лежало. Теперь изловленные вами тати поют, что птички по весне. По всему Тамбову облавы идут, уж сколько душегубов переловили! И всё не по подозрению, а на основании твёрдых улик. Никакой Плевако не опровергнет такие доводы обвинения. По весне Тамбовских волков изловили, а нынче и прочую живность на каторгу сплавим. Глядишь, почище будет у нас в городе, поспокойнее. Это вы нынче слободской, вас эти нехристи не трогают, за своего почитают. А прочие обыватели страдают от этой швали преизрядно. Но теперь — шиш, не забалуешь! Всех отправлю под суд и далее в Сибирь, снег убирать. А снегу там, говорят, много.