— Господин Стриженов?

Он быстро пробежался по списку, нашел мою фамилию и сделал отметку.

— Вы неплохо движетесь. Если считать чистое время пути, то вы сейчас абсолютный лидер. Думаю, у вас есть все шансы добраться к Орлу первым. Если желаете, можете передохнуть: к вашим услугам ресторан и гостиница. Может, у нас нет особого шика, но все вполне благопристойно и несказанно вкусно.

Мы с Клейстом переглянулись. Сейчас половина второго часа пополудни. Если выехать пусть даже через полчаса, позволив себе нормальный обед, то вполне успеваем добраться в Орел засветло. Впереди было теперь совсем немного конкурентов. И то, что мы сами выдавали им получасовую фору, меня не слишком напрягало: обгоним. Обязательно.

— Ну что, Николай Генрихович, заморим червячка?

— Если только к мобилю охрану приставить. Иначе разберут на сувениры.

Полчаса, как будто, срок невеликий. Но мы успели плотно перекусить, выпить по чашке крепкого кофе и даже немного отдохнуть. Потом как-то враз поднялись, оставили на столе несколько ассигнаций и вышли наружу. Городовой принял за свои труды целковый, мы погрузились в мобиль и отправились было дальше, но не тут-то было: быстро уехать нам не дали. И не из-за козней гипотетических злодеев, а просто именитейшие (читай, богатейшие) люди города возжелали сделать фото с нашим экипажем и непременно на фоне лучшего мобиля этих гонок. Отказаться было просто невозможно: потом в Ливны можно будет даже не соваться. В трактире в суп плюнут, в гостинице самый гадкий номер подсунут, а деловые люди просто разговаривать не станут.

Прежде, чем сделать снимок, фотограф долго выстраивал людей, возился со своим деревянным ящиком на треноге, накрывался черной простыней, потом выныривал из-под нее и еще что-то менял. Внешне я старался выглядеть спокойно, но внутри весь кипел. В итоге — еще полчаса долой. Утешало лишь одно: впереди еще два с половиной этапа, эти полчаса вполне можно будет нагнать.

Медленно, потихоньку, чтобы не подавить зевак, выехали мы из городка. Мимо семнадцати храмов, мимо заводов и фабрик, вдоль реки Сосны на дорогу, и уж там я перестал сдерживаться. Даванул педаль, пуская пар в цилиндры, и погнал вперед, притормаживая на ямках и, иногда, в особо крутых поворотах. Время от времени впереди повисало пыльное облако — верный признак того, что где-то рядом очередной конкурент. Я не сбрасывал скорость, но был наготове притормозить, если вдруг среди пыли покажется силуэт мобиля.

Паровик — штука тихая. И порою случалось так, что меня замечали только в тот момент, когда я пролетал мимо. Бывало и так, что почуявший неладное механик соперника оборачивался и, увидев нас, принимался что-то кричать своему гонщику. Тот пытался ускоряться, перекрывать дорогу, но все это работало лишь до ближайшего крутого поворота. Там уже я был вне конкуренции. Обходил ползущий с черепашьей скоростью мобиль на вираже и, утопив педаль пара в пол, уносился вперед.