Глава 22 Совершенно неудачливый
Дневник Листова И. А.
Сто двадцать третий день. То ли обед, то ли война
У меня сегодня появилось две новости. Одна, как водится, хорошая. Другая — плохая.
Начну с плохой: я начинаю сомневаться в своём умственном здоровье.
А хорошая новость заключается в том, что я — совершенно точно! — не животное. Потому что, глядя на войну горных и лесных бестий, я так и не понял: эти твари воюют или обедают? Ну натурально же, никак не отличить…
А ещё над городом к вечеру потянулся смрад разложения и запах крови. От первого напрочь пропадал аппетит, а от второго — во рту чудился постоянный привкус металла.
И всё это случилось потому, что ночью хищники-таки начали свою странную войну. Лесные бестии стали переправляться через реку, со стороны моря, и нападать на горных.
Вой стоял такой, что не будь у меня в капсуле звукоизоляции — спать бы не смог. Даже Русый впервые воспользовался своим правом войти внутрь, чтобы спрятаться от звуков бойни.
К утру основные бои уже закончились, и война свирепых хищников перешла в соревнование на тему «кто быстрее сожрёт трупы своих и чужих».
Стычки, конечно, случались и во время этого жуткого гастрономического конкурса… Однако были они не такие уж и ожесточённые. Зато вся округа Алтарного оказалась завалена трупами животных, которые ещё не осилили съесть их собратья. И всё это, понятное дело, на летней жаре начало разлагаться и вонять. Причём довольно быстро.
Ситуация вызывала беспокойство. Как минимум, потому что запах становился сильнее и сильнее. И вот уже люди в городе начали болеть за обе стороны противостояния: лишь бы те побыстрее всё подъели.
— Не думал, что они такое устроят… — заметил взъерошенный Пилигрим, которого я застал у частокола.
Он стоял на площадке, поглаживая голову пристроившейся рядом Хромой.
— Ну так у них война… — напомнил я очевидное. — Вот они и воюют…
— Нет, Вано, тут вопрос не в войне, — покачал головой Пилигрим. — Понимаешь, я до сих пор не могу определиться с тем, кто они… Животные или разумный вид? И вот эта война — это не столкновение животных. Понимаешь? Ну не ведут так себя животные…
— Просто обычные животные не могут призывать на помощь других животных, — развёл руками я. — А эти могут. Вот и призывают всех сородичей в случае опасности.
— Вот в этом-то вся и беда! — неожиданно согласился со мной Пилигрим. — Если они могут так общаться между собой… Если могут призывать из окрестностей своих сородичей, да и вообще чувствуют своё родство… Тогда какие же они животные?
— Интересные у тебя мысли, Грим… — я даже задумался.