С первого дня, с первого глотка местного воздуха, мы начали платить. За то, чтобы остаться на этой планете и занять своё место под солнцем. За то, чтобы доказать своё право на жизнь, включившись в местную эволюционную гонку.
И это было только начало. А я понял кое-что важное.
Мы платим за каждый вздох, каждый шаг, за глупость и неосмотрительность, за наглость и самоуверенность, за кривые руки, за ленивые мозги, за неуживчивость с другими людьми… Мы платим за всё. Одной-единственной монетой, которую принимает природа. Жизнью.
Начиная с первых могил, которые выкопала моя группа ещё там, в горах, среди камней… Начиная с первых разорённых бестиями поселений… Начиная с первых людей, убитых другими людьми…
И каждый день, каждый час, каждую секунду — мы платим и платим…
Мне почему-то вспомнился Кукушкин и «Война Миров», которую он упоминал. Я эту книгу любил. Она была очень несовременная, но оказалась такой близкой нам, колонистам на другой планете…
Когда-то человечество заплатило миллиардами жизней за то, чтобы заслужить право жить на Земле. А теперь нам, потомкам человечества, предстояло заплатить ту же цену. И когда-нибудь, спустя много поколений, наши потомки станут здесь своими. Или вымрут…
А мы пока могли только идти вперёд. И нести эти дурные вести другим людям.
Глава 14 Совершенно невоенная
Дневник Листова И. А.
Сто десятый день. Подготовка к штурму
Мы не опоздали. Хотя и выбились из сил к концу пути. Добытое оружие пришлось тащить на освободившихся носилках, которые были переделаны в волокуши. И, скажем прямо, это сильно снизило нашу скорость. В итоге, мы потратили на вылазку почти две недели.
И всё-таки успели на штурм.
Впрочем, причина, почему штурм до сих пор не состоялся, была отлично видна. Лагерь работорговцев по-прежнему окружал частокол. Да, конечно, местами ему явно досталось, а где-то он вообще почти лежал. Однако всё-таки, в основном, стоял. А там, где его не удалось повалить –превратился в подобие баррикады.
Наши измученные бородатые морды узнали ещё на подходе. И сразу же пропустили в общий лагерь, который кольцом охватывал вражеский посёлок. Пока мы шли, я внимательно оглядывался по сторонам. Было заметно, что люди уже маются от безделья. Да и запасы еды, похоже, оскудели. Навесы, под которыми хранились припасы, казались унылыми и полупустыми.
Хотя выглядел наш военный лагерь внушительно… Строили-то с умом: ровные ряды навесов для сна, оборудованные костры, места для сидения, небольшие укрепления для дозорных, вбитые в землю колья со стороны врага…
Отправив свой отряд отдыхать, я пошёл искать мэра Алтарного. Кукушкин обнаружился на одном из холмов, где стояли требушеты Намжалдоржо. И не просто стояли, а с неумолимой регулярностью отправляли камень за камнем в сторону вражеского частокола.