А утром армия выдвинулась вперёд. Моих разведчиков-диверсантов разделили. Часть прикрывала левый фланг, часть — правый. Нам придали по сотне человек усиления. Правда, по сравнению с обычными солдатами, мы и так уже были практически элитой Алтарного.
Даже Славке и Кэт, получившим револьверы, неопытные бойцы в рот заглядывали. Эта парочка очаровательно смущалась, потому что прекрасно понимала: пока не заслужила. Ничего… Оправдают! Я в них верил.
Армия двигалась медленно. На расстояние, которое мы в норме проходили за пять часов, у огромного войска уходил целый день. К тому же, никто солдат сильно не подгонял. Им надо прибыть к цели сытыми, выспавшимися и боеспособными. Поэтому утром — завтрак и сборы. Днём — привал и обед. Вечером — установка лагеря и ужин.
Этот размеренный марш мне даже нравился. Куда лучше, чем носиться взмыленным по пересечённой местности.
Правда, на полпути пришли наши разведчики — Пилигрим, Бонд и Тоха. И новости, которые они принесли, заставили меня срочно отправиться к Кукушкину.
Два дня назад лагерь работорговцев покинул крупный отряд. В его составе опять были вооружённые люди и торговцы. И, судя по всему, двигались они снова к Алтарю. Пилигрим на сей раз, к сожалению, не смог взять «языка»: единожды битые торговцы стали куда осторожнее. Но, как подозревал наш Грим, шли враги снова за оружием. Видимо, последние баллы выскребали.
— Похоже, они вообще собрались уходить! — заметил он. — В лагере собираются, суетятся…
— Плохо… — помрачнел Кукушкин. — Надо успеть их остановить!
— Успеете, скорее всего… — обнадёжил Пилигрим. — У них такая куча товара, что они ещё дня три будут её паковать. А вот отряд торговцев я бы догнал и ещё раз обобрал!
— Согласен, — кивнул Витя. — Надо их брать после закупки. Так сказать, ограбить повторно.
— Надо больше людей! — покачала головой Кострома. — В этот-то раз они готовы…
— Половину добычи городу! — сурово предупредил Кукушкин. — А там дальше распределим, кому и что.
Я чего-то такого и ожидал. Пока мы занимались самодеятельностью — это было наше дело. А как в составе армии, так Иваныч своего не упустит. И будет прав.
— Вано! Собирай свой летучий отряд. Кострому и Витю спросишь, кем их усилить. И выступайте! — решил Кукушкин. — Как сделаете дело, возвращайтесь! А в охранение пока ещё кого-нибудь пошлём.
И вот мне снова предстояло куда-то бежать, рискуя ногами и целостностью организма!.. Но, если честно, будущие трофеи почему-то заставляли моё сердце биться чаще.
Может, СИПИН прав? Может, человеку и надо активно жить, не рассиживаясь на попе ровно?