— От маркитантки — посуда какая, кувшинчики, стаканчики медные?
— Кувшинчики да стаканчики — они у всех одинаковые, — махнул Веселов рукой. — Что у маркитанток, что у трактирщиков. Вот, если бы…
Господин Веселов мечтательно улыбнулся, кивнул верному Жерару, а тот моментально притащил ему уже раскуренный чубук. Затянувшись, выдохнул, окутав меня клубом вонючего дыма (махорка там, что ли?) и сказал:
— Мечта у меня есть — отыскать жетон маркитантки.
— У них имелись жетоны? — удивился я.
— А как же! Им и патенты полагались, и номерные жетоны. Без них кто попало бы попытался в армию лезть. И эти, законные, из-за места бы ссорились. Какой-то полк выгодную позицию занял, место хлебное — к нему бы все и полезли. А так — порядок был. Маркитантки — а еще маркитанты, они армию поили-кормили, еще у солдат лишние вещи скупали.
— В том смысле — что солдаты у крестьян и городских обывателей барахло отбирали, потом маркитантам продавали? Типа — не награбленное, а трофеи?
Сергей Николаевич только загадочно улыбнулся и снова окутался клубами дыма.
— Вон, Лизка у меня, маркитантка — ей бы этот жетон, да на грудь! Эх, красота! И грудь хороша, а с жетоном еще бы краше. Жерар, а где наша Лизка? — спохватился «сир».
— Так ведь она с капрал-фурьером Груши ушла, — сообщил Жерар. — Сказала, что сир жениться на ней обещал, а теперь талдычит — мол, суб-полковники на маркитантках не женятся. А капрал-фурьер твердо пообещал, что под венец девку поведет.
— Ишь ты, под венец поведет? — удивился суб-полковник. — А давно ушла?
— Так уж… — прикинул капрал. — Месяца два назад.
— А, то-то я думаю — кого не хватает, а от меня Лизка ушла, — хмыкнул Сергей Николаевич и философски заметил. — Ну, эта ушла, другая придет.
Глава 19 Бытовая
— Иван Александрович, ты меня в деревню отпустишь? — спросила Ефросинья, накрывая на стол. — Я дочку хочу забрать.
Ответил не сразу — принюхивался, чем таким вкусным пахнет? Опознал запах гречневой каши, сваренной с луком, а еще, если мне нюх не изменяет — с грибами. Ухватив ложку, спросил:
— А ты когда собираешься?
— Да как отпустишь, сразу бы и пошла.
— Подожди, а ты девочку собираешься в город забрать? — спохватился я.
— Забрать хочу, — кивнула кухарка. — Аннушку почти неделю не видела, извелась вся. И доченьке, пусть она у деда с бабкой, но все равно без меня худо. А тетя Нина говорит — езжай, пусть она вместе с тобой живет. Отпросись у Ивана Александровича, он тебя точно, отпустит. А с ребенком-то и мне легче, и ей на старости лет веселее. Пока я на службе, она присмотрит. А работы-то у тебя всего ничего.