— Нужно выяснить подробности. Он сам сказал, что не собирается показываться широкой общественности, значит, и править официально не будет. Но в то же время распоряжается престолом, как своей собственностью, — сказал я. — Для нас всё происходящее стало неожиданностью, да и Константин ни словом не обмолвился о возможном появлении императора, а значит, был не в курсе. Но кто-то же был?

— Предлагаешь составить оппозицию? — задумчиво спросила Инга. — Если это и в самом деле Император, то даже намёк на противостояние во время катастрофы может быть расценен как мятеж.

— Поэтому выяснять нужно тихо, по своим доверенным кругам интереса, а для отвлечения внимания я соберу молодёжную фракцию на совещание экстренного штаба, — сказал я, взглянув на девушек. — Есть ощущение, что нас пытаются продавить, показать, будто будут действовать открыто и с позиции силы, а на самом деле использовать втёмную. Но одни мы не справимся, нужна поддержка патриарха и регента.

— А для этого надо связаться с отцом, — повторила Мария, и я кивнул. — Хорошо. В таком случае я займусь распусканием и сбором слухов среди высшего света. На какой позиции настаиваем?

— На том, что есть единственный законный наследник, который занимается делом, а не просиживает штаны в Зимнем и не исчезает непонятно где, — ответил я.

— К слову, про захват Якутска и усмирение Сибири тоже надо выпустить репортаж, — напомнила Ангелина, делая себе пометку в ежедневнике. — Какая у нас позиция относительно произошедшего в Варшаве?

— Нужны кадры с места события… думаю, сейчас все репортёры их ищут, но, возможно, они найдутся у военных. Раз сам, ну пусть будет «царь», в курсе происходящего и говорит, что там была террористическая атака с вмешательством третьих лиц, значит, должны быть свидетели.

— Что, если они находятся в карантине? — уточнила Ангелина.

— Тем лучше. Маша, будешь связываться с отцом, намекни, что я могу помочь ему и прочим самым важным лицам излечиться, — сказал я. — Раз уж орден Святого Александра стал публичным, незачем скрывать такие способности и особенности. Попробуем сыграть на этом и вылечить как можно больше людей.

— Я свяжусь с нашими сторонниками на Урале и попробую осторожно прощупать почву, на случай открытого конфликта, — вздохнула Инга. — Если старые дворяне будут на его стороне, даже если он самозванец, мы окажемся бессильны.

— Вот и выясни, кто о нём вообще слышал, — ответил я, надолго задумавшись. — Всё, дорогие мои, начинаем. У каждого есть свой фронт работ.

И это была правда. Стоило полю исчезнуть, как все мы засели за коммуникаторы. Звонки и переговоры шли один за другим, телефоны разрывались от сообщений, но каким-то чудом нам удалось выдержать этот информационный шквал. Вначале, как и в любом сборе сведений, у нас было практически пусто, но спустя всего два часа на нас будто обрушилась лавина. И причиной тому стала удачная деятельность Марии.