— Хм, говоришь, еще один дядя на выручку идет? — усмехнулся я, поняв, что мой противник копит силы. Ну что ж, я тоже не просто так разглагольствую. Движением подбородка я отключил внешние динамики и отдал команду. Ребятам потребовалось меньше двух секунд, чтобы ввести поправки.

— … отец… — продолжал свою гневную речь принц, но мне стало совершенно не интересно, что он там говорит.

— Ты летать любишь? — перебив его, спросил я и, не дожидаясь ответа, ударил прессом из-под ног противника.

— Подлец! — выкрикнул принц, которого подбросило всего на пару метров, чуть-чуть выше кромки деревьев. Я увидел, как в воздухе возникли десятки полупрозрачных снарядов, а в следующую секунду исчезли, когда десятки бронебойных пуль обрушились на него со стороны снайперских пятерок.

Резонансный доспех отбросило в сторону, и, хотя ни один из снарядов не достиг своей цели, это отвлекло принца ровно настолько, чтобы я успел сократить дистанцию, не позволяя ему закидывать меня десятками атакующих конструктов. Но выучка и опыт сказались и здесь.

Даже ошеломленный, принц умудрился вскочить и принять мой удар меча на изогнутую саблю без гарды. Ятаган с золотой рукоятью и длинным волнистым лезвием со сложным узором. Наши мечи столкнулись, разрушили конструкты друг друга, а в следующее мгновение я ударил ладонью Шивы.

Принц отбил ее и отскочил от следовавшего за ней пробойника, который вытянулся на добрых тридцать сантиметров. Больше его шилом точно назвать было нельзя. В ответ на меня обрушился резонансный лом, получивший конструкт второй стадии. Я подал энергию на предплечье, где выступала проводящая пластина, и вражеский конструкт столкнулся с коротким лезвием, разрушившись.

— Как⁈ — не сумев сдержать удивления, прокричал принц. Но, к чести противника, он растерялся всего на мгновение. Мой рывок он встретил ударом ятагана. Наши клинки скрестились, двигатели доспехов загудели от напряжения, а в следующую секунду мое чувство опасности взвыло сиреной, и я отскочил в сторону.

Несколько шаров, вчерашних прессов или дисков, получивших объем, обрушилось вниз, дробя камни и оставляя после себя метровые воронки. Мои конструкты, до сих пор оставшиеся на стадии плоскостного построения, пасовали против опыта врага. Щит не выдерживал и одного попадания, но чем дольше мы сражались, тем отчетливей я понимал, что шанс есть. Я быстрее, сильнее, а главное — вижу и чувствую его атаки. А он мои — нет. И это стало определяющим.

Рывок, ладонь Шивы в колено. И одновременный удар клинком в голову. Лезвие проводящего меча бессильно бьется о вражеский ятаган, но противник падает на колено, когда его нога подламывается от удара. Ядра летят мне в голову, но я уже слева, бью противника пробойником и диском с двух сторон.