— Никто не говорит о том, что их придется запускать вплотную. Ты же упоминал, что корпус достаточно прочный, чтобы под него что-то подсунули, верно? — заметил я. — Вот и займись внутренним осмотром, попробуем подобраться к двигателям изнутри, а потом сделать для них стартовую яму. За работу!

Тифлис, двумя часами ранее.

— Никаких проявлений агрессии, держимся в стороне, — сказал в микрофон Багратион, занявший одну из крыш рядом с больницей-крепостью. Скопление военных и полиции не осталось незамеченными со стороны ордена, но это было частью плана. Лучшая война — та, которая не случилась, так что, если удастся запугать противника и заставить его отказаться от своих планов — это оптимальный результат.

— Куда прете? А ну назад! Назад, я сказал! — раздался вначале тихий, а потом переходящий в ор голос Магомета. — Шайтаны, назад! Род Ихарошвили, еще шаг, и вы станете предателями!

— Удержите придурков! — рявкнул Константин, понимая, что не успевает. Находящиеся в двухстах метрах от него отряды одного из родов, чью лояльность он не подвергал сомнению, начали выбегать на площадь перед больницей с оружием в руках. Гранаты, зажигательная смесь с горящими фитилями…

Вот только кинуть они ничего не успели. Появившаяся сбоку огненно-рыжая девушка взмахнула рукой, и отряд джигитов словно воздушной волной отбросило назад. Несколько бутылок с зажигательной смесью взорвалось, объятые пламенем люди начали орать, но к ним уже бежали сотрудники жандармерии. Белая пена обволокла прижатых прессом к земле мужчин, а спустя всего несколько мгновений их уже повязали и увели прочь. Провокация сорвалась.

— Благодарю, — с облегчением произнес Константин, приключившись на радиоканал суворовцев. — Держимся вместе, провокаций не допускать. Если увидите, что кто-то целится в здание больницы — бейте первыми.

Войска княжеского рода сумели окружить здание и прилегающий к нему район, но от предательства никто не был застрахован, тем более что набиравшие последний век народнические и революционные настроения никуда не делись. Все хотели власти, и многие были готовы ради этого убивать.

Первые взрывы прозвучали через пять минут, но пули не долетели до больницы, зависнув в воздухе, а всего через минуту стрелков скрутили и настала давящая тишина. Обе стороны ждали, пока противник сделает первый ход, но сейчас время играло не на стороне ордена.

— Обмен уже должен завершиться, — заметил Магомет. — Еще полчаса, и наши войска вернутся в порт. Если ничего не случится раньше, их выступление перестанет иметь смысл.