Даже с учётом дьявольской скорострельности и сплошного ливня пуль, перекрыть судну врага путь мы не смогли, больше того, заметив трассеры, он тут же вильнул, уходя вверх. Все четыре его маневровых двигателя накренились, уводя сигарообразное тело с траектории удара. Больше полутора километров, даже с высокоскоростными снарядами время подлёта — почти две секунды.

Вдруг камера, показывающая приближенное изображение, на мгновение погасла, а в следующую секунду я увидел, что из верхнего маршевого двигателя противника валит густой чёрный дым.

— Есть! Попался! — донёсся до меня из рации довольный крик Ангелины.

— Не прекращать стрельбу, — одёрнул я девушку. — Заставьте его сесть.

— Расстояние до цели — полтора километра. Упреждение… — давала поправки Ангелина, я же сосредоточился на том, чтобы энергия поступала в двигатели без перебоев. Сейчас любая заминка, любой непредвиденный сбой может привести к провалу всей операции. А кораблик у нас не сказать чтобы сильно новый…

Турбины ревели, таща судно вперёд, мы были раз в пять больше, чем удирающая от нас яхта, но мощность двигателей, а главное, почти неограниченное количество вливаемой в них энергии давало нам возможность посоревноваться с корабликом врага. Даже когда все оставшиеся у него турбины вспыхнули синим светом, мы не отставали, а затем к одному столбу дыма добавился второй.

— Есть попадание, — отчитался Николай. — Фиксирую множественные повреждения и снижение общей манёвренности цели. ПСО его задело!

— Так держать! Не снижаем темпа! — довольно усмехнулся я, с нетерпением сжимая подлокотники кресла. Победа уже почти у нас в кармане, осталось протянуть руку и взять приз.

— Фиксирую облучение! Одна, нет, две станции, — нахмурившись, сказал Николай. — Это не наши, частота другая. Кажется, мы попали к кому-то на радар.

— Расстояние до границы? — запоздало спросил я.

— Мы… мы где-то над ней, — ответил Погоняйло. — Сейчас нас будут брать тёпленькими. Надо сворачивать, господин.

— Нет, только когда убедимся, что враг уничтожен, — сказал я, внутренне готовясь к самому худшему. — У нас ещё пятьдесят километров приграничной зоны.

— Это полторы минуты, — недовольно проворчал Погоняйло, но спорить больше не стал. Кораблю противника было нехорошо, его мотало из стороны в сторону, дымило уже половина двигателей, но только после очередного попадания нижний маршевый вспыхнул ярким огненным шаром, и судёнышко перевернулось, резко теряя высоту.

— Преследуем до падения, — приказал я, открывая точную карту границ княжества. Сейчас каждый километр, каждый горный хребет и задекларированный холмик был важен. Если дядя Константина приземлится на территории Османской империи… а что нам остаётся? Придётся добить его там.