— Мне интереснее, как убивать будете? — скупо поинтересовался Рэм. — Из станнера? Двенадцать человек? Мы же видели по маячкам, что сюда ты привёл двенадцать. Этот парень ранен, а там есть здоровые мужики. По два-три раза стрелять придётся. Может, лучше ножом?

— Да ты маньяк, парень! — рассмеялся Старый и шутливо поднял руки. — Сдаюсь-сдаюсь! Конечно, я тебя разыграл! Мы не будем стрелять, зачем нам лишняя жестокость? И так много людей погибло — и ваших, и наших. Мы договоримся с тобой и улетим. — Он распрямился. — Впусти меня одного? Давай обсудим условия? Ты же понимаешь, нам придётся взять кого-то из ваших на крейсер, и тут будет уже тонкий момент доверия.

Тонкий момент был в другом — как только бандиты окажутся на крейсере, ничто уже не сможет им помешать расстреливать корт.

Рэм знал это, но кивнул:

— Только тебя?

— Конечно.

— А кто ты?

— Отставной сержант. Не скажу, что плохой сержант, но до имперского спецона нашему армейскому корпусу было далековато. Я проникся твоими умениями, Рэм Стоун. Я слышал про капитана Пайела, но думал, что привирают.

— Конечно, привирают, — сказал Рэм. — Сколько, говоришь, людей у тебя осталось?

— А я и не говорю, — рассмеялся Старый. — Я же не дурак. Раз камеры в коридоре не работают, считай, что у меня армия.

«Он не сержант, — написал Кифара. — Иначе написал бы взвод или отделение».

— Войдёшь без оружия? — спросил Рэм.

— А чего мне бояться? Вам надо улететь, и нам надо улететь. Мы договоримся с тобой.

— Уверен?

— Конечно! Мы можем оставить вам кого-нибудь из своих, в заложниках. И трёх ваших взять на крейсер. Три к одному, я думаю, это нормально, наши люди дороже.

— Это с чего бы?

Старый расплылся в улыбке:

— Ну, так давай торговаться, парень? Только не по сети. Чего ты боишься? Неужели тебя не учили вести переговоры?

«Вести переговоры с террористами? — написал Ченич. — Он ходит по краешку!»

«Он перевербовал троих наших и хочет забрать их с собой, — ответил Кифара. — И нас хочет перевербовать. Он просто обнаглел, как гикарби».

Рэм скосил глаза на техника, сидевшего справа от него, и тот кивнул.

— Ну… давай поторгуемся, — согласился парень. — Оружие на пол! Откроется дверь — заходишь медленно, по моей команде. Всё понял?

Старый улыбнулся с хорошо сделанным удивлением: зачем это его подозревают невесть в чём?

Он снял импульсник и передал кому-то, стоящему рядом. А потом вытащил и отдал станнер.

Рэм смахнул с пульта все чаты и символы. Развернулся вместе с ложементом к двери. Отрубил один из каналов связи, оставив только Горца, всё это время молча наблюдавшего за переговорами.