— Ну? — спросил он. — Есть у тебя, что предложить на выкуп? Старого я не продам, а вот остальных — почему бы и нет.

— А чё тебе надо? — хриплым от удивления голосом спросил Горец.

— Я бы тебя купил, — нахально предложил Рэм. — Давай махнём четверых твоих людей на тебя? Мне крупный заложник поинтереснее будет, зато четыре жизни за одну выручишь. Прославишься среди своих. Песни про тебя сложат.

Ченич сумел сдержать улыбку. И пилот, сидящий рядом с Рэмом тоже. А вот Кифара, не сразу понявший шутку, сначала вызверился на Рэма, а потом подавился смешком.

— Да ты издеваешься! — заорал Горец.

— Магнитная помеха вест-вест-надир, — испортил развлечение экипажу пилот.

— Неужели патруль? — обрадовался Ченич.

Но радости на лицах пилотов и Рэма не было, и он покосился на Кифару.

Тот терзал подбородок, напряжённо всматриваясь в экран.

Помеха была слишком слабой для патрульного крейсера. Похоже, пожаловал неведомый перекупщик, которому начальник службы охраны корта Ором Кифара вёз свой контрабандный груз.

Имперский спецоновский крейсер «Персефона». Капитанская рубка

— Господин капитан… — дежурный обратился негромко, понимая, что отвлёк капитана Пайела от закупок.

В капитанской спецоновского крейсера «Персефона» было тихо и как-то по-особенному уютно. Свет был приглушен, мягко светился гелиопластик огромного пульта, подковой охватывающий три ложемента.

Один из них был свободным. Капитан и дежурный по капитанской коротали время вдвоём — на крейсере была поздняя ночь.

Дежурный вывел над пультом голограмму звёздного неба в районе Кьясны, чтобы успокоить начальство знакомыми созвездиями.

Команда любила своего капитана. Дежурные старались порадовать его какими-нибудь мелочами. Но и любимые капитаном орехи тоже безжалостно воровали из подвешенной у поручня вазочки.

Сегодня добыча орехов была легитимизирована. Моложавый на вид капитан и такой же зелёный дежурный вместе пили чай и заедали орехами.

Капитан выбирал келийские, а дежурный тащил всё без разбору, раз разрешили. Орехи в капитанской обладали для него какой-то особенной притягательностью. Наверное, ворованные вкуснее.

Сидели молча. Лишь иногда перекидываясь от скуки репликами.

Дежурный надзирал за корабельными системами, но не особенно напрягался. На рапорте в это время стояли все, кому было положено. И капитанский пульт шёл не первой, а третьей линией контроля. После рапорта и навигаторской.

Капитан мог бы уже отправиться спать, но шёл технический аукцион по запчастям, и ему тоже приходилось на нём висеть. Оставь там одного зампотеха, капитана Келли, так он столько всего накупит — ещё один крейсер можно будет собрать. Или два.