Заинтересовавшись, я тихонько прошёл в кухню, где увидел, как Ниу болтает с чайником. Выйти незаметно не получилось, я что-то зацепил локтем. Ниу резко обернулась и, увидев меня, чуть со стыда не сгорела. Потом мы, конечно, над этим посмеялись.
— Я буду скучать. — Ниу обняла меня, уткнулась лицом в куртку. — Уже скучаю.
Чего я искренне не понимал, так это — как можно скучать по человеку, который с тобой фактически не живёт, не замечает, что ест, и спать приходит только тогда, когда организм отказывается функционировать дальше. Может, в этом и заключается потайной смысл слов «уже скучаю»? Ведь из дома я ушёл уже давно. Пожалуй, даже раньше, чем пришёл.
— Когда вернусь — всё будет иначе, — пообещал я не столько Ниу, сколько самому себе.
И вышел. Сколько уже раз в жизни давал подобные обещания…
Джиан дисциплинированно ждал в машине возле дома. Я бросил сумку на заднее сиденье, сам упал туда же. Обычно я садился рядом с Джианом, но сегодня хотелось хотя бы подобия уединения. Я предвкушал трёхчасовую поездку на скоростном поезде в отдельном купе. Такой небольшой «отдых» перед тем, как меня опять поглотит водоворот дел и людей.
— Как с пацанами? — спросил я, прикрыв глаза.
Джиан за то время, что мы с ним провели плечом к плечу, научился не то чтобы читать мои мысли, но понимать с полуслова — точно. Вот и сейчас мгновенно смекнул, о ком идёт речь. А может, просто сам думал о том же.
— Отправили родне вчера вечером, — сказал он. — Всё как ты сказал: цветы, деньги. Всё красиво, Лей.
— Хорошо, — едва ли не шёпотом ответил я.
Вот уже и чувствую себя киношным мафиози. Из заключительных кадров длиннющей киносаги. Когда вот-вот всё взорвётся, и одна эпоха уступит место другой. Чёрт, ну почему у меня такое чувство, как будто всё целеустремлённо идёт на слив? С такими мыслями на дело идти — это ж самоубийство.
Речь шла о парнях, убитых при налёте на причал. Их было двое. Что с ними делать, решили не сразу. Я поручил Джиану узнать, есть ли у них родственники, которые хотели бы затребовать тела. Родственники нашлись, но требовать ничего не спешили. Оба парня родились далеко от Шужуаня и были, по сути, единственными кормильцами своих семей. Тогда как похороны обходились в кругленькую сумму.
Тогда я сказал, что перевозка тел и похороны будут оплачены кланом, то есть — мной. Плюс — выплаты родственникам. За то, что парни сделали для клана. Джиан занимался всеми этими переговорами и, как оказалось, успешно.
— Пацаны будут спрашивать о тебе, — сказал он. — Уже спрашивают. Что им говорить?
— Да ничего пока не говори. Уехал по делу, скоро вернусь.