— Я не отступлю! — прорычал он, снова бросаясь в атаку.

Отвечаю ему ударной волной магии, но он отбился от нее своей булавой. Он был не просто сильным, он был опытный боец. Я понял, что мне придется приложить все свои силы, чтобы победить его.

— Тогда посмотрим, кто сильнее! — прокричал я, бросаясь в атаку.

— Довольно, — холодно произносит Даника, и мир вокруг замирает. Воздух становится густым и тяжёлым, наполняясь ледяной энергией. Культист, который только что был готов с криком и безумным взглядом наброситься на кого-то, замирает в воздухе, словно статуя изо льда.

В его зрачках, полных ярости и фанатизма, застывает страх. Он смотрит на Данику, но уже не видит ее. А видит лишь безграничную ледяную пустоту, бездонную и безжалостную, которая вот-вот поглотит его в этот миг.

— Никто не посмеет красть моё время с супругом. — Она раздражённо хмыкнула, сохраняя арктическое спокойствие. Голос ее был тихим, но в нем звучала непоколебимая решимость.

В ее движениях нет никакой суеты, лишь плавность и уверенность хищника, готового к смертельному удару. Её глаза, цвета глубокой зимней ночи, сияют нежным, но леденящим светом, как свечение ледяных кристаллов в полной луне. Культист, застывший в ледяной скорлупе, похож на беспомощную игрушку в руках холодной судьбы. Он больше не враг, а просто замёрзшая фигура, которая скоро рассыплется в пыль при лёгком ветерке.

Даника отворачивается, уходя, и её улыбка кажется такой же холодной, как зима, которая пришла в этот мир, чтобы расставить всё по своим местам.

— Время — мое, — прошептала она, и ледяной ветер отнес ее слова в безмолвную бездну зимнего мира, что появился вокруг нас в один миг.

— Идём, душа моя, — Даника тепло улыбнулась мне, и на сердце стало тут же легко. Ее улыбка была подобна первому лучу солнца после долгой зимы, пробивающемуся сквозь ледяные глыбы. Она была нежной, но в ней таилась неизмеримая сила.

— Ты, наверное, голоден? — добавила она, и я увидел, как ее глаза засияли нежным светом. В них отражалась забота и нежность, и мне хотелось просто утонуть в этом взгляде.

— Истина так, — безропотно соглашаюсь я, не в силах противостоять ее чарам. — Не поверишь, дракона бы съел, — улыбаюсь в ответ, бросая мимолетный взгляд на застывшего культиста.

В его глазах, застывших от страха, я вижу отблески прежнего безумия. Но теперь он не представляет угрозы. Он лишь призрак бывшего врага, побежденного ледяной волей Даники.

Мы идем вглубь ледяного коридора, сотворённого только что, и каждый шаг звучит глухо и медленно. Стены коридора искрятся и переливаются в тусклом свете ледяных кристаллов. Воздух пропитан холодом, но он не жуткий, а освежающий, как весенний ветерок в заснеженной тайге.