Довольно кивнув, я продолжил.
— Раз возражений не имеем, то идём записываться, я всё ещё хочу сшить себе сапоги из кожи той наглой рептилии… Ненавижу, млять, драконов… — презрительно сплюнув на мраморную плитку у холла арены, направляюсь к стойке регистрации, ибо бюрократия превыше всего, и даже смерть подождёт «нужного бланка».
Глава 17
Арена встретила нас спокойствием, безмятежностью и отсутствием криков толпы, защитный куб решает. Руническая магия подавления звуков извне и ничего более. И это прекрасно.
Песок данного Колизея жадно впитывал любую кровь и посему всегда оставался чистым. Затем краем глаза, как последнее пятнышко, скрылось под песком, лишь задумчиво хмыкнул. Словно пришёл на пляж, а не забирать чужие жизни за презренный металл. Впрочем, удивляться здесь нечему: разумные каждого мира всегда остаются собой, и их психологии удивительно схожи.
Аккуратно поставив Бету рядом с собой, неспешно начинаю прогонять активную ману по своему телу, дабы слегка зарядиться. Бодрит! Довольно улыбнувшись, наконец-то замечаю и первых противников, что лениво выходят на центр арены, словно какие-то звёзды. Впрочем, по ним и не скажешь, кто они и откуда. С другой стороны, зачем узнавать имена какое-нибудь «мяса»? Песок приятно касался ступней и так подпитывал меня своей силой. Интересный эффект.
Сделано для более красочных боёв? Возможно, и так. Но это уже мелочи, не так ли?
Первыми против меня вышли какие-то пёсеголовые твари, что носили лёгкие и фрагментарные гладиаторские латы. Лая и гортанно смеясь, они начали обступать нас, совсем игнорируя Бету за моей спиной. Что ж, не будем их разочаровывать.
— Зря ты вылез из своей конуры, саджиец. — пролаяла эта псина. — Я вырву твои радужные глазки. Страж, — он усмехнулся и снова засмеялся, переходя на лай.
Шаг вперёд. Мгновенный удар ладонями по ушам этой псины. Лёгкая дезориентация. Удар в кадык. Сближение. И для гарантии сворачиваю шею пёсеголовцу, словно цыплёнку.
Притягиваю тело к себе и прикрываюсь им, словно щитом, от выпада ближайшей псины топором. Бросаю тело прямо на топориста, и, пока он занят тушей товарища, бью ударом ноги с разворота прямо в пасть опасно подошедшего врага. Слышится характерный звук, и это «животное» тут же хватается за внезапно заболевшие клыки. И, пока он был отвлечён болью, без какой-либо спешки парой «топов» ногой превращаю голову заблокированного телом товарища пса в кашу.
Следом ловлю рукой за горло ноющую псину и слегка сдавливаю, и пёс отключается уже навсегда. А гонору-то было! Видя столь быструю расправу, другие ксеносы уже не так спешили в мою сторону, и я спокойно собирал кровь, взятую боем, но песок пытался её отобрать. И на пару секунд у нас даже была ментальная битва, и, задавив духа арены, я забрал всю кровь, что была моей законной добычей.