Ноктюрны эти не были какими-то особенными, и даже наоборот — самые простые и примитивные гуманоидные твари. Со своими развивающимися мутациями, конечно, но для когтей и скорости Торна это не было проблемой ни в малейшей степени: он на голову превосходил таких мутантов, потроша и разрывая антрацитовые тела быстрее, чем те успевали хоть как-то отреагировать на его появление.

Но было ли ему интересно? Конечно же да!

Убить ноктюрна до того, как тот издаст хотя бы один звук.

Убить ноктюрна, не позволив ему даже отреагировать на твоё появление.

Убить ноктюрна единственным точным ударом, заранее определив местонахождение его ядра.

Охота, — а это была именно она, — задевала что-то в душе Торна, заставляя его жаждать большего. Не бойня ради бойни, но битва ради эволюции, ради становления ещё более опасным и совершенным.

Идеал недостижим — это известный факт, но разве это мешает к нему стремиться?..

С чавкающим звуком вырвав когти из грудной клетки ноктюрна, Торн проводил моментально умершую тушу взглядом, втянул носом воздух и припал к земле: из открытого окна на первом этаже вывалилась ещё одна тварь, начавшая озираться и искать источник устроенного парнем шума. Хищный бросок стелящейся над холодным асфальтом тени, рывок — и заалевшие когти, сложившись «лодочкой», сносят голову с плеч мутанта. Второй рукой подхватив тушу и не позволив ей просто рухнуть, Торн вновь пригнулся, вслушиваясь в окружающий мир.

Ноктюрны на этой улочке, судя по всему, закончились.

«Семнадцать штук. И среди них ни одного необычного. Неужто мне тогда так 'повезло», и достойного, «вкусного» ноктюрна встретить не так-то просто?«. — Задавшись этим вопросом, Торн встал в полный рост, осмотрел себя на предмет повреждений 'одежды», и, проложив мысленно маршрут, стремительной тенью бросился вперёд. — «Это логично, конечно, ведь иначе людям тут было бы очень несладко, даже обвешайся они бронёй с головы до ног… но я ожидал большего».

Торн вновь задумался. По его прикидкам, проспал он немногим больше десяти часов. Не так много, учитывая произошедшие в теле изменения, не ограничивающиеся одной лишь кислотой. Она ведь не могла появляться из ниоткуда, верно? Значит, образовался новый орган или что-то вроде. Плюс не могла не вырасти сопротивляемость плоти кислоте, ведь в противном случае повреждение гипотетического органа могло привести к чему-то очень и очень неприятному.

«Или, может, механизм сродни описываемому у драконов в „реалистичном“ фэнтези? Кислота становится кислотой только „на выходе“, а до этого момента представляет из себя лишь отдельные компоненты? Но из той крысы текла вполне себе кислотная кровь. К слову…». — Торн перевёл взгляд на когти, даже после учинённой бойни сохранившие прежний внешний вид: ничего лишнего к ним не приставало.