В стекле магазинчика я поймал своё отражение. На фоне пробегающих мимо сотрудников центра я выглядел аномально. Моя особь была крупной: на голову выше большинства и значительно шире в плечах. Илья Таранов обладал мощным природным потенциалом, видимо, никак не раскрытым.

Память услужливо подсказала: ближайшая точка питания находится у выхода. Я выправил осанку, заставив биомеханический каркас держать голову ровно, и направился к дверям.

Я шёл к выходу, стараясь координировать непослушные ноги, когда тишину фойе нарушил визгливый человеческий голос. Прямо по курсу, возле колонны, разыгрывалась сцена, которую мой разум классифицировал мгновенно.

Перед глазами на долю секунды возник тонкий, как волос, алый росчерк.

[ УЩЕМЛЕНИЕ ПРАВ ]

Мои возможности в юридическом плане были колоссальными. Но это в моём теле и с полностью заряженным Ядром Истины. Сейчас же они работали через текстовый интерфейс Системы на смехотворно минимальном уровне. Однако сигнализировать о нарушении Закона Система могла и на практически полностью разряженном Ядре.

Я остановился и присмотрелся. На полу расплывалась лужа, в которой валялись куски стекла и мелкие разноцветные камешки. Центром этой локальной катастрофы была женщина лет тридцати пяти в синем халате. Она стояла на коленях, пытаясь собрать осколки голыми руками. Над ней возвышался мужчина в сером костюме с недовольным лицом.

— Ты хоть соображаешь, дура, сколько этот аквариум стоил? — орал он, едва не задевая женщину ботинком. — Это немецкое стекло! Дизайнерская вещь!

— Тяжёлый он, Андрюша, — тихо оправдывалась женщина, не поднимая глаз. — Камушки же внутри. И скользкий… Не удержала я…

— «Тяжёлый он», — язвительно передразнил её мужчина, кривя губы. — А зарплата твоя тебе не тяжёлая? Если не купишь сегодня до конца дня такой же, то будешь два месяца работать бесплатно. В счёт возмещения.

— Да на что ж я его куплю? — растерянно произнесла женщина. — Я позавчера дочке куртку новую купила на осень, и платёж по кредиту списали за холодильник. Нет у меня сейчас денег на аквариум, Андрюша.

— Потому и говорю, что из зарплаты вычтем.

— Но я же не специально, — уборщица уже чуть ли не плакала. — Он же тяжелющий.

— А мне без разницы! — отрезал мужчина. — Скажи спасибо, что под суд не отдаю за порчу имущества.

Я смотрел на это всё и просто не верил своим глазам — уровень нарушений Закона был таким, что в моей родной системе за подобное мужика в сером костюме стёрли бы из реестра живых существ в течение секунды. Я подошёл к нему и поинтересовался:

— На каком основании вами было вынесено данное решение?