фальшью. Хайден шара явно не видел, так как на его полотне ютится по меньшей мере с десяток картин. Мой Вам совет: примите пару таблеток и очистите разум; совокупляйтесь почаще или устройте какой-нибудь дебош: а когда бицепсы у Вас будут сантиметров пятьдесят в обхвате, то, может быть, Вы станете, наконец, зверем, если у Вас на это хватит таланта. Лёб [93] . Его экспонат больше похож на трудовые потуги, чем на картину. Морган Расселл [94] пытается прикрыть свое бессилие синхромизмом. Я уже видел эти невзрачные полотна с омерзительно грязной палитрой на выставке в галерее Бернхайма-Жёна [95] . Не вижу в них вообще ничего хорошего. У Шагала есть, несмотря ни на что, хоть какая-то наивность и цвет. В нём, может, даже и естественность присутствует, но уж больно мелкая. Чемьер [96] – ничтожество. Фрост [97] – ничтожество. Пер Крог [98] – старый проныра, пытающийся сойти за старого простачка. Александра Экстер [99] – одна из тех бедолаг, что во сто крат лучше смотрелись бы на выставке Французских Художников, потому что даже кубистский Бугро [100] – это всё равно просто Бугро. Лабурер [101] : в его весьма гнусных полотнах изредка всё-таки промелькивает что-то живое – особенно в том, где изображено кафе с игроками на бильярде; но удовольствие от созерцания этой картины весьма посредственное, поскольку оригинальностью она не отличается. Буссенго [102] – таких, как он, пруд пруди. Кешма́рки [103] – уродство, о да, всё насмарку! Айнхорн [104] , Люсьен Лафорж [105] , Шоботка [106] , Вальмье [107] – кубисты, начисто лишённые таланта. У Сюзан Валадон [108] есть парочка неплохих приемов в запасе, однако ж упрощать не значит опошлять, старая ты шлюха! Тобин [109] . Гм… Да уж! Старина Тобин (я с Вами не знаком, да это и неважно), если очередной господин Незнамокто предложит Вам встретиться в «Ротонде» [110] , плюньте и не приходите. В Ваших картинах есть какая-то изюминка (это я ещё добренький!), но в то же время от них явственно попахивает творческими диспутами об эстетике за столиком кафе. Все Ваши приятели – жалкие тупицы (а вот здесь я уже, кстати, хамлю). Сделайте мне одолжение, пошлите эти свои приличия куда подальше! Пойдите побегайте по полям, промчитесь галопом, как лошадь, по лугам, попрыгайте со скакалкой, и когда Вам снова исполнится шесть лет и Вы превратитесь в несмышлёного ребёнка, то сможете, наконец, увидеть нечто невероятное. Андре Риттер [111] прислал на Салон откровенную похабщину. Вот уж кто, сам того не зная, настоящий пошляк. Эрмейн [112] – ещё один