и игроков – Расскажите мне что-нибудь интересное – Мадам (необыкновенная глубина, смешанная с парижской лёгкостью и моей собственной шуткой) – Сцена линий на ладони – я купаюсь в золоте моих часов – я умею поблёскивать, как жемчужина: я вхожу в естественнонаучный музей или же отправляюсь рассматривать макеты Парфенона – Краван, Гольпеадор [179] – отдайте мне Ваш нос – Если Вы мне откажете, я брошусь под колёса луны – она дышит, как капуста – для художника живопись – это железистые выделения – среди образованных людей встречаются одни только богатые бедняки – я говорю на языках со своим собственным акцентом: я родился светлым блондином и постепенно стал брюнетом – эта книга определённо нашла своё место в современном переизбытке товаров – раз в год надо рисковать своим будущим – я с улыбкой смотрел на человека, вес которого за все эти годы ни на килограмм не изменился – мне остаётся только продать свой скелет естествоиспытателю или душу психологу — нега слонов, романтика борцов Меланхоличный людоед [180] Разве не должен был Голос этого орга́на говорить мне о Боге? Эге, Эге-гей! Hier bin ich! [181] Это я! There I am [182] : двойное сердце, стократный лоб, розовый колосс и зеркало мира. Ветерок, принесённый весной, как кит, я дышу тобой. Пусть же придёт тот, кто осмеливается заявлять, что он похож на меня, и я плюну ему в морду. Я всё, всё, всё, вы слышите, всё, всё ведь, и я забываю. Я тот самый, кто смеётся над искусством прямо-таки с невообразимой силой – да хоть насрать на него могу, вот-вот, и как раз у этого циника <нрзб.> килограмм плоти в неделю (кстати, что вреднее: климат в Конго или гениальность?), и именно этот многочеловек преподносит вам стихи, которые вынашивал девять лет, как слона, и семь раз омывал в волнах сердца. Мать моя – женщина крайне деятельная, увлечённая, любящая пошутить, энергичная, трудолюбивая, красивая и чуточку вульгарная; у неё холодный ум и горячее воображение, моя мать невысокая блондинка – была бедна — Отец мой – темноволосый, среднего роста, с хорошими манерами, очень образованный, безбожный лентяй, страдающий угрызениями совести, * * * Я безумней всех безумцев, но я тот, кто я есть, младенец одной эпохи. * * * Фурор и фурия! Я хотел бы смеяться, кусать прохожих, разрывать свои слёзы в клочья. * * * Прощай, суверенный папоротник Эйфелевой башни * * * Шатенки, брюнетки, блондинки и рыжие – я провёл языком по их ресницам. На дорогах поднялся ветер, и прах Цезарей попал мне в глаза. * * * Я человек с самой красивой сущностью