— Госпожа Портер может ошибаться. Но если она права, то дядя Эрик…Она запнулась, и фразу закончил лорд:— Присвоил твоё состояние.— Даже не знаю, что сильнее меня удручает, что дядя может оказаться вором, или что он превратил мою жизнь в кошмар, — призналась Кэтрин. — Я ведь не могла распоряжаться своей судьбой. Без приданого. Пришлось делать то, что велел дядя Эрик, выйти замуж за Джорджа Фолкнера, хотя этот брак… — Кэтрин снова не сумела закончить предложение. — Прости. Не стоит об этом. Я потрясена и говорю лишнее.— Я всё понимаю, — лорд Вейслер сжал ее дрожащую руку. Но лишь на мгновение, иначе это могли увидеть, если бы кто-то появился в коридоре. — Тебе пришлось отдать себя и свою молодость старику. Если дядя это провернул намеренно, он — мерзавец. Я всё выясню, Кэтрин. Рассказ вдовы дворецкого несложно проверить. Пару писем нужным людям, и всё станет ясно. А пока… Постарайся не мучить себя дурными мыслями о дяде и браке с Фолкнером. Мы приехали сюда с конкретной целью, помнишь?— Помню, — кивнула она. — Узнать о прошлом моей семьи и понять, почему я вижу ларий.— Верно. Предлагаю сосредоточиться на этом. А все вопросы с наследством предоставь мне. Служанка рассказала что-то полезное о семье? Помимо финансовой стороны вопроса.— Я не успела спросить. Жоржетта пришла, чтобы проводить меня в столовую. Но мы договорились с госпожой Портер продолжить разговор позже.— Хорошо. Вот и займись «расследованием». Завтра мы съездим в гостевое поселение, а послезавтра примем участие в празднике. Тебе не помешает развлечься. Насколько я помню, ты любишь зимние забавы.— Очень люблю, — подтвердила Кэтрин и улыбнулась.После обещания лорда выяснить, вор ли дядя Эрик, на душе стало легче.…В этот вечер снова встретиться с госпожой Портер не получилось. Зато после ужина, на котором присутствовали всё те же действующие лица, в спальню Кэтрин заглянула Жоржетта с новостями.— Эта Джинни очень нелюдимая, — рассказала она. — Но работу делает хорошо. Ею довольны и пожилая дама, что командует горничными, и сама леди Спенсер. Служанки привыкли, что она молчаливая, и давно махнули на нее рукой. В смысле, не лезут с расспросами. Но кое-что мне рассказали. Никто не знает, откуда эта Джинни взялась. Просто появилась возле дома. Растрепанная, с кровью на лице. Ничего не смогла о себе рассказать, кроме имени. То ли не помнит, то ли не хочет откровенничать. Никто из местных ее не признал. Не здешняя она точно. Это всё, что мне удалось выяснить, леди Кэтрин.— Это немало, поверь, — похвалила