Я кивнул, стараясь не выдать удивления. Это явно был комплимент, но какой-то странный и, если честно, слегка пугающий.

— Спасибо. А что за дело у вас ко мне?

— Дело? Да кроме того, чтобы о Ельцине тебя предупредить, ничего серьёзного, — пожал плечами Власов и продолжил: — Борис, конечно, популист, и критика сейчас в моде, но перспектив у него никаких нет. А если учесть, что товарищ ещё и закладывает частенько…

«Ага, как же! — размышлял я по пути в спорткомитет, где должно было состояться чествование сборной. — Это у вас с Горбачёвым их нет, а у него есть. И ещё какие!»

И мои вопросы, по сути, Власов не решил. По аренде для Севелина дал добро, но уточнил, что новые законы вступят в силу только к лету. А насчёт семинарии сообщил, что землю выделят, но строиться придётся за свой счёт. Я попытался настоять, и Власов, хоть и неохотно, пообещал запросить данные у Калининградского горисполкома — посмотреть, что у них есть лишнего. В итоге ни маму Соню, ни корефана Яна мне обрадовать пока нечем.

— Толян, зырь что у меня есть! — заловил меня в спорткомитете Цзю, одетый почему-то в военную форму.

— Что за тюбик? Зубная паста, что ли? — удивился я.

— Сам ты «паста»! Это паштет! А вот это щи! — немного обиделся друг.

Рассматриваю тюбики и понимаю, что это продукция для наших космонавтов. Вот даже ракета на упаковке с паштетом изображена.

— Космонавтов грабанул? — шучу я.

— Нет. Сейчас встреча была с летчиками-испытателями из отряда космонавтов, и это их подарки. Я и на тебя взял. Выбирай: щи или паштет? Ты чего опоздал, кстати? Награждение вот-вот…

— Да забирай себе оба, — щедро разрешаю я и вижу — Костян доволен.

Ну, как ребенок, честное слово! Солдаты — они как дети, только… больше и оружие у них настоящее!

Мероприятие по чествованию провели достойно, всё было на уровне. Награды раздавали от разных организаций. Мне, к примеру, вручили видеоплеер «Sony». Ну и зачем он мне? Мои видеосалоны всё равно потихоньку сдают свои позиции. Да, люди ещё ходят, но посещаемость явно падает, несмотря на обилие новинок. Конкуренция, однако!

После награждения меня вместе с ещё несколькими ребятами вызвали в приёмную Липинского — нынешнего президента бокса СССР. Тема разговора оказалась совершенно неожиданной.

— Товарищи, вы все, наверное, слышали о профессиональном боксе? — торжественно начал Липинский. — Так вот, мы уже учредили спортивно-производственный кооператив «Ринг России» и готовимся к созданию всесоюзной организации боксёров-профессионалов!

Кроме Липинского, в комнате присутствуют ещё двое: один — полковник советской армии, второй, судя по всему, иностранец с азиатскими чертами лица. Кореец? Китаец? Или, быть может, японец? Представить их нам не сочли нужным, но было ясно, что оба пользуются уважением у Липинского. Особенно полкан, который с важным видом развалился на стуле, закинув нога на ногу.