— Гордон Бэнкс его привёл, уже всё решено… — попытался объяснить молодой и, может, и хороший, бухгалтер, но не разбирающийся в тонкостях взаимоотношений.
— Без моего одобрения — нет. С Гордоном вопрос решу. Всё, свободен! — нагло сообщаю непонимающему ничего Семёну Петровичу.
— Это мы ещё посмотрим, — вспыхивает тот и сваливает из кабинета.
— Неприятный тип. И к девочкам пристаёт, — доверительно сообщил мне Костик, когда за Семёном закрылась дверь.
Этот умный всё-таки парень быстро уловил моё отношение к новому сотруднику, даже не будучи свидетелем нашего конфликта.
Глава 27
— Нет, нет, и ещё раз нет! — с бесконечным, почти ангельским терпением в голосе, отвечал я Егорову на его настойчивую просьбу оставить Семёна в банке хоть на какой-нибудь должности.
Гордон, надо отдать ему должное, воспринял моё требование убрать абьюзера достаточно спокойно, хотя, по словам Костика, Семён был его протеже. Оба члена правления появились в банке с интервалом в пять минут, но Антон Егоров, судя по всему, вошёл уже накрученный. Очевидно, что новоиспечённый безработный встретил его на входе и успел высказать своё мнение о сложившейся ситуации.
— Он со мной в «Жилсоцбанке» работал, специалист отличный, — расстроенно аргументировал Антон, пуская в ход последний довод, который, как ему казалось, мог меня убедить.
Вот так вот. Вроде бы Антон здесь первое лицо, но приходит некий «хрен с горы» в моём лице и диктует условия. Однако Антон Егоров — фигура подневольная. Он лишь рабочая лошадка, ставленник англичан. Присматривает за английскими бабками всё-таки Гордон Бэнкс, а Антон… пашет, да и пусть пашет. Но даже рабочие лошадки иногда брыкаются.
— Антон, — начал я уже более мягко, чтобы немного смягчить удар, — тут не о профессионализме речь. Семён перегнул. Таких людей держать в банке опасно для репутации. Надеюсь, вы понимаете, что это моя твёрдая позиция.
— А что по аренде цехов и зданий? — спросил англичанин, резко меняя тему разговора.
— Был у Власова, — я сделал паузу, давая понять всем, что вхож в высшие круги. — В основном вопрос решен. Летом у нас уже всё будет.
Я нарочно использовал «у нас», чтобы проверить реакцию англичанина. Так-то мне их цеха и даром не нужны. Но тот и глазом не моргнул.
— И всё же, Анатолий, вынужден настаивать. Нам Семён… — опять начал было Егоров.
— Всё, вопрос закрыт! Собственники банка не хотят, чтобы этот человек у нас работал, — неожиданно встал на мою сторону Гордон.
«Не хотят»? О как ловко он меня поддержал, словно заранее предвидел всё. Вот что значит опыт работы с большими деньгами.