— Кизяк вопрос, — ответил я казахской народной мудростью.

— Куда⁈ Через сорок минус собрание! — гаркнул наш ветеран, но, видя разрешающий кивок Константина Николаевича, сменил гнев на милость. — Далеко не уходите, могут быть провокации! Капстрана!

Дед явно в «европах» последний раз если и бывал, то только на танке в сорок пятом. Какие провокации? Кому это надо! Никаких провокаций, разумеется, мы снаружи не обнаружили, зато заметили на другой стороне дороги, кроме вездесущих журналистов, ещё и машину Марты, в которой виднелась её приплюснутая к стеклу мордашка. Увидев меня, девушка выскочила из авто и, ловко огибая прохожих, рванула ко мне.

До кафе, которое похабно подмигивало глазом размалёванной девицы на вывеске, мы с Цзю так и не добрались. Действительно на фасаде заведения красовалась белокурая дива, которая одновременно курила сигарету и потягивала кофе. Видок у неё был такой, будто кофе сварили из чего-то запретного, но выглядело это завораживающе. А я тем временем вдруг поймал себя на мысли, что действительно давно не пил хорошего кофе. Настоящего, крепкого, ароматного.

— Толя, ты куда? — довольная пойманной добычей спросила Марта, ухватив меня за рукав спортивного костюма, ведь вышли-то мы без верхней одежды.

— Вон туда, — не стал скрывать я своих намерений и добавил глядя на девушку: — Марта, ты меня ждала, что ли? Зашла бы, раз приехала. Никто тебя не укусил бы! Ну, кроме меня, может быть, — обнял подружку я. — А вообще, ну правда… некогда нам сегодня общаться. Давай так, с утра приходи на турнир. А сейчас у нас разбор соперников будет проходить. Завтра утром бой, а я даже не знаю с кем. Потом ужин, потом отбой. У нас режим, и я приехал сюда за победой! Не обижайся, милая.

— Вы собрались пойти в гей-бар? — усмехнулась Марта, бросив взгляд на вывеску с блондинкой. — Там ещё играют джаз, но сейчас рано для джаза.

— Толь, что она сказала? — дернул меня за другой рукав Цзю, уловив знакомое слово.

— Там нет ничего хорошего, придётся ждать ужина. Ничего мы тут не пожрем, — коротко объяснил я другу, мрачно рассматривая папарацци, которые продолжали пасти Марту.

Вот был бы репортаж на первых полосах: «Два советских чемпиона сбежали из отеля в гей-бар!» Да ещё с пикантной припиской: «Они не удержались!»

— Пожрём? — переспросила Марта на ломаном русском, который она уже немного освоила после нашего общения.

— Тут рядом есть пекарня! — предложила принцесса с сияющей улыбкой. — Жаль, что ты не можешь поехать к нам в гости. Наш повар Ингрид приготовила отличный ужин, у неё особенно хорошо получается медистеркакер…