— Хелоу, бой! Мани? Ес оф кос! — вмешался я с наигранным оптимизмом, чем сразу привлёк внимание официанта, и развернулся к Марте, ожидая кэша.

— Толя… я все деньги поставила на матч! — убитым голосом произнесла подруга. — Немного осталось, но пяти сотен не будет!

Вот этого мне не хватало!

— Толян, ты сказал, заплатишь! — обрадовался Костя нашему появлению. — Я верну, честно! Как и обещал!

— Рашен туристо! Облико морале! — вздохнул я и принялся снимать с руки часы.

Марта в азарте все деньги запулила на ставки! И что делать? Оставлю в залог дорогие часы, а завтра выкуплю. Впрочем, как я это сделаю? Разве что у Марты и занять опять же, ведь пацаны со сборной свои кроны уже потратили, а у меня в гостинице гроши остались. Мало, сука, нам меняют! Хотя о чем это я? Выигрыш!

— Стиба? — за спиной официанта появился мощный мужик лет сорока с характерными сломанными ушами, явно выдававшими в нём борца или бойца. — Олимпик чемпион? Перфектли!

— Ес! — выдохнул я, решив не исправлять перековерканное произношение своей фамилии. Ясно, нарвался на фаната. — Ко-о-онстантин Цзю-ю-ю! — не теряя времени, указал я на нашего любителя приватов. — Олимпик чемпион!

— Тсю? Ху из ит? — подозрительно прищурился дядька, разглядывая Цзю. — Реал рашен?

Ну да, на русского Костя похож, как я на индийского гуру.

— Йес! — как можно шире улыбнулся я фанату.

— Фруде! Гыр быр быр, — рыкнул на своём дядька, махнув парню рукой.

Официант мигом исчез, словно растворился в воздухе.

Марта тут же что-то строго ответила хозяину на его родном языке, и, обернувшись ко мне, пояснила:

— Это владелец заведения. Он сказал, что угощение за счёт заведения, но я ему пообещала, что сегодня же счет закроют. Мне только телефон нужен — Йохансону позвонить. Он тут во дворах стоит.

После короткой перепалки, в которой Марта держалась с королевской твёрдостью, было решено, что еду и напитки оплатит она.

— А все прочие услуги, — при этих словах дядька расплылся в похабной ухмылке, — за счёт заведения!

Магнар — так звали владельца заведения — оказался моим фанатом, и, как выяснилось, очень личным. Он с энтузиазмом припомнил, как я в финале Олимпиады отправил в нокаут кенийца Вангилу. Для Магнара это был не просто спорт, а почти что личная победа. Оказалось, у бывшего борца свои счёты с народом из Восточной Африки. Его жена, как он грубо выразился, «утекла в саванну» — ушла к кенийцу. С тех пор к этой нации он питал стойкую антипатию.

— Раша стронг! — заявил Магнар, хлопнув меня по плечу, и развернулся к Косте: — А вам, мистер чемпион, ещё один приват за счёт заведения!