И единственным хозяином признавала только свою королеву. Она глубоко плевать хотела на приказы кого либо, кроме Даниэллы Моретти. Будь то это ее погибший сын Дайон, она уже служила в этой должности, когда он бегал под стол сверкая голым задом, или будь это его дети, считающие себя повелителями. Эдакий крокодил затянутый в бордовое платье и обещанный украшениями, который мог построить кого угодно, включая старшего наследника семьи Моретти. Или лучшего воина королевства — золотого мечника, или же королевского мага, который мог прихлопнуть ее словно муху. Дон Севэро ворчал, хмурил брови и грозно потрясал посохом при виде донны Эстель, но предпочитал не связываться с этой старушенцией.

До смерти короля, она отвечала за всех, включая охрану. Но после нападения и введения военного положения, за охрану начал отвечать отдельный человек. И это не могло радовать донну Эстель, которая считала своей территорией этот дворец. А когда королева решила приставить к каждому своему внуку телохранителя, которые по условиям контракта должны были всюду сопровождать свои объекты охраны и даже жить с ними рядом. То это стало для нее ударом. Ведь на территории, которую она считала своей, начали появляться посторонние. Да еще и весьма сомнительные. Стоит ли говорить, что ко всем «посторонним», она относилась мягко говоря прохладно. Вот и я пришел…

— Донна Эстель. — Пискнула Элизабет при виде старушки. — Это Дарий, он будет моим телохранителем. Надо его устроить.

Она оглядела меня поджав губы, словно в ледяной воде искупался от ее взгляда. Это надо уметь так смотреть. Чтобы человек напротив голову в плечи засунуть хотел. Да она Нестора в гляделки уделает.

— Могу я поинтересоваться, и кто же это так решил? — Поинтересовалась она тихим голосом.

— Я, — Заявила она расправив плечи, и когда на нее перевели ледяной взгляд, уже съёжившись тише добавила, — с бабушкой все обговорено. Мы только недавно от нее.

Она ничего не ответила, цыкнула и снова окатила меня ледяным взглядом.

— Да она в своем уме. — Выдала она, и скомандовала слугам. — Сморите за ним, а то украдет что-нибудь. Я сейчас вернусь.

Она развернулась и вышла чеканя шаг. Ворча себе под нос: Я ей устрою, это что за безобразие. Набирает самых последних проходимцев сюда. Проходной двор тут устроили, но ничего, я еще… Что там она собиралась сделать стало загадкой, ее ворчание стихло в дворцовых переходах. Слуги не знали куда себя деть, но нарушить ее приказ не решились. Оставшись за дверьми комнаты и старались слиться с интерьером и одновременно смотреть за мной через открытую дверь.