— Это я понял, — сказал я и поставил миску с супом на пол. Всё-таки мы с этим пойлом не созданы друг для друга. Обижать Игната не хотелось, пусть думает, что я потом этот супец съем. — Спасибо тебе за предупреждение. Пригодилось. Но все-таки мне непонятно, что тебе от меня нужно.

— Сейчас поймёшь, — он прищурил один глаз. — Одной зональщице нужны носильщики в Зону. Рогов ей даёт заключённых — у них договорённость давняя. И она выбрала тебя, уж не знаю почему.

— Эта зональщица — Виола? — вспомнил я девушку, которую, по словам Захара, хотят все зэки рудника. Поэтому она на меня так смотрела — она уже тогда знала, что меня с ней отправят. Только вот зачем ей понадобился именно я?

— Да, Виола Егорова, — подтвердил Игнат. — Борисов сделать тут ничего не сможет: Рогов не любит, когда лезут в его договорённости. Так что, если ты официально сдохнешь в Мути, то Борисова это устроит, — хмыкнул он. — А если выживешь и докажешь свою полезность, то именно Виола сможет за тебя замолвить словечко перед Роговым. Это даст тебе хоть какую-то защиту от Борисова, хотя я бы сильно на это не надеялся.

— Значит, мне выгоднее официально сдохнуть в Мути, — сделал вывод я.

Хороший шанс сделать ноги отсюда, как говорил Захар, — пусть думают, что я сгинул.

— Да, для тебя это наилучший вариант, — кивнул Игнат. — Но у Виолы свои виды на тебя. Какие — не знаю, она не говорит, но ты ей точно нужен живой. В общем, она просила тебе это передать.

Он полез за пазуху, вытащил небольшой камень и протянул его мне. Я взял у него камень и внимательно его осмотрел: он был чёрным, размером с голубиное яйцо, с острыми краями, холодный и неожиданной тяжёлый для своего веса. У меня тут же возникло странное ощущение — будто он пульсирует в такт моему дыханию. Интересная штука.

— Она сказала, — произнес Игнат, открывая дверь карцера, — чтобы ты привыкал к нему, в Мути пригодится.

Не знаю как он мне пригодится, но камень и впрямь необычный — я как будто чувствовал в нём что-то живое. Ладно, с ним ещё разберусь, сейчас нужно воздействовать на состав нашей экспедиции.

— Ты сказал, что идут трое заключённых, — сказал я и засунул камень в карман робы. — Я и ещё двое, так?

— Да, так, — ответил Игнат, стоя в дверях.

— Нужно, чтобы Захар пошел с нами, — с нажимом сказал я, заполняя всё пространство камеры своим энергетическим полем. — Иначе пусть другого носильщика вместо меня ищет.

— Слушай, ты не в тех условиях, чтобы… — начал было Игнат и замолк, увидев мой взгляд.

Он невольно отстранился, немного помолчал, а потом вздохнул и почесал небритый подбородок.