Я повернулся назад, в сторону долины, откуда должны были прийти вологодские. И тут же заметил их — три маленькие фигуры, которые двигались по тропе, огибая рощу серебристых деревьев.

Они были ещё относительно далеко, метров за четыреста, но с каждым шагом приближались.

— Вот и вологодские на подходе, — проинформировал я группу, чувствуя, как внутри всё сжимается в тугой комок. — Занимаем позиции за грядой и не отсвечиваем. Есть надежда, что они нас не видели. И держим мысль «нас нет» от летунов.

Мы быстро спрятались за грядой. Место было идеальное — весь каменистый подъём был как на ладони, а мы на самом верху и под защитой камней.

Только вот что с дистанцией атаки? Мои огненные шары прицельно били метров на пятьдесят примерно, а вот уже ближе к семидесяти — ста метрам существенно теряли в силе и по баллистической траектории уходили вниз. А как у них?

— Амату, — сказал я. — На сколько метров эти маги могут бить?

Он покачал головой и прислал мысль, окрашенную неуверенностью: «Не знаю точно. Но я чувствую, что они уже готовятся к атаке. Их ментальные поля напряжены, как тетива лука».

— Захар, — повернулся я к нему. — Ты же у нас энциклопедия ходячая. А ты знаешь, на каком расстоянии маги могут бить?

— Стихийная магия эффективна метров на пятьдесят — сто, — тут же ответил Захар, не отрывая взора от вологодских. — Дальше энергия рассеивается, теряет силу, и её легко блокировать. Ментальная — метров пятьдесят или меньше. В любом случае около ста метров — это предел для очень сильных магов, уровня архимагов. И им нужно видеть цель, иначе эффективность сильно падает.

Я выдохнул, переваривая услышанное. Сто метров максимум на прямой дистанции для ментальной магии и максимум столько же для стихийной. У нас высота около тридцати метров, каменистый спуск тянулся метров на сорок — пятьдесят, и вологодским нужно было подойти к завалу почти вплотную, чтобы достать нас.

У нас ромовики, но и они бьют примерно также — метров сто всего. Надо бы нам над дальностью позже серьёзно поработать, это будет критически важно при обороне.

— Тогда так, — сказал я, одергивая Захар, чтобы он не высовывался. — Сидим и не выглядываем, чтобы они нас не заметили и для того, чтобы снизить эффективность ментальной атаки. И держим общую мысль и купол!

Я глянул наверх, где намного выше летунов парил мой кхаран, и продолжил:

— Пусть подойдут ближе и начнут сражаться с жигарями внизу. Тогда мы по ним и вдарим.

— Хороший план, — одобрил Захар, оглядываясь по сторонам. — Обойти вроде не смогут нигде, проход один.